Книга Соннасарнова. Элит, страница 38 – Эл Моргот

Они подходили ближе, пока огромные водяные часы не нависли над ними, преграждая дальнейший путь. Тогда Тейн прикоснулся к ним. Его рука ушла внутрь, словно в желе. Не выпуская Фиру, он шагнул вглубь часов.

Вновь было похоже на падение. В какую-то… зыбкость. Калейдоскоп красок сменился серой мглой, а Кэйн внезапно почувствовал, что они стоят на твердой земле. Он посмотрел под ноги.

— Что это, песок?

Тейн опустился на корточки, провел рукой по серой поверхности, загреб в пригоршню и медленно просыпал сквозь пальцы странные серые частицы.

— Нет, это пепел.

Он посмотрел на Фиру, но тот отвернулся, оглядываясь по сторонам.

Они находились посреди леса. Под ногами был серый пепел, над головами — серая зыбкость неба, изредка разрезаемая иссиня-черными беззвучными сполохами. Вокруг — черные тонкие ели и столбы высоковольтных проводов. Сами провода были срезаны и никуда не тянулись.

— Это мир в сознании моего брата? — прошептал Фира, склонив голову на бок.

Он подошел к одной из елей и дотронулся до ветки, но ощутил под пальцами лишь уголь и сажу.

— Мир тлеющих воспоминаний, — произнес он. — За десять лет. Без доступа новых впечатлений. Как же сознание исказило их за десять лет? К такому я был не готов.

— Мы лишь на окраине этого мира, — произнес Тейн, подходя к Фире и беря его под руку. — Идем вперед, и ни в коем случае не теряй меня из виду.

Они медленно шли через лес. Во всяком случае, Кэйну казалось, что медленно. При каждом шаге вздымались клубы пепла, белым тленом оседая на ботинках и одежде. Ветки елей, до которых они случайно дотрагивались, рассыпались в уголь. Фира думал о том, что нужно позвать брата. Нужно крикнуть. Но вокруг стояла такая оглушающая тишина, что он никак не решался на столь дерзкий поступок. Нарушить размеренное тление этого места. Иначе они вечно могут блуждать по лесу, и ничего не изменится.

Только Тейн тащил его вперед так, будто и впрямь знает, куда идти.

— Строго вперед. Ты думаешь, это гарантированно убережет нас от блуждания по кругу? — наконец, спросил Кэйн.

— А у тебя есть идеи получше? — усмехнулся тот.

Кэйн остановился, заставляя Алкайдэ прекратить стремительное продвижение. Он вдруг остро осознал, что они могут блуждать по этому лесу днями, неделями, годами… А их время строго ограничено.

— Кира! Кира! Кира! — все же решился он.

Но ничего не произошло. Тленный мир будто поглотил его голос, спутники не услышали даже слабого эха.

— Думаешь, он мог почувствовать, что мы пришли? — спросил Фира.

— Трудно сказать, — Тейн запустил руку в свои густые фиолетово-черные волосы.

— Что это? — Кэйн вгляделся в проем, создаваемый наклонившейся к высоковольтному столбу елью. — Там что-то двигалось.

Алкайдэ резко обернулся.

Они вгляделись в белесый проем. Снова какое-то движение. Тейн вновь взял Фиру за руку, и они тихо приблизились. На поляне спиной к ним стоял высокий человек. Его руки были непропорционально длинными, свисая ниже колен, а тонкие черные ногти, казалось, сейчас достигнут пепла на земле. Длинный человек обернулся на шорох, и они увидели ужасно искаженные, дисгармоничные черты лица. Но, несмотря на все это внешнее безумие, Тейн смог узнать того, кого видел недавно в воспоминаниях Фиры, — его отца. Эти черные глаза все так же зорко и внимательно смотрели, казалось бы, проникая в саму душу. Кэйн попятился, наткнулся спиной на высоковольтный столб. От удара столб рассыпался в уголь и сажу. Фира закашлялся, стряхивая с себя этот тлен, а длинный человек отвернулся и медленно скрылся за деревьями.