Книга Лимбус. Том 1, страница 80 – Эон Линь

— Не верю, – прошептала Лис, а потом закричала жнецу: – Шеол, это Сура – воплощение Аваруса! Алчность сам ее создал, отрезав часть себя! Не приближайтесь к ней! Если попадете в слизь, то вам не выбраться.

— Так, значит, к нам прибыл сам Смертный Грех – Алчность, поглотивший войско Экнора и убивший несколько сотен небожителей. – У Вэйшень хищно улыбнулся и повел плечами. – Думаю, если я убью его, потому что он сам посмел напасть на Бога Войны, Владыка не посчитает это нарушением закона.

— Я бы не был так уверен, генерал. Небесный Император рьяно охраняет свои законы, но выбора у нас все равно нет. Лис, это точно Алчность? Ты же говорила, что стащила свиток у Гнева?

— Да говорю тебе, – топнула ногой она. – Я эту слюнявую тварь везде узна́ю. Она никуда не ходит без своего хозяина. Аварус считает Суру своим питомцем, больной извращенец.

Вслед за Сурой разлом изрыгнул из себя еще десяток разнотипных монстров. Они валунами падали с неба и, подобно огромному демоническому граду, сотрясали землю. Трещины в иссохшей почве стали еще глубже и теперь напоминали провалы с бегущей от них паутиной.

Бог Войны вытянул перед собой руку, и вокруг нее заплясали язычки оранжевого пламени, похожие на перья огненной птицы. Они сложились в огромное крыло, обхватывающее его предплечье. В следующий момент пальцы У Вэйшеня уже сжимали длинное древко оружия, похожего на алебарду, с широким изогнутым клинком, на котором висела красная кисть с белой бусиной. Место соединения древка и лезвия украшала золотая птица. Она обвивала клинок длинным хвостом, а крылья распростерла к небу.

— Гуань дао Синьфэнхуан, – с благоговением прошептал Янь Шэнли.

Он с жадностью и какой-то тоскливой обреченностью скользил взглядом по переливающемуся клинку.

Лис одобрительно присвистнула.

— А Бог Войны у нас сильный дяденька! Не видела еще ни одного небожителя, подчинившего себе сердце Огненного Феникса.

— Это такая редкость? – спросил я. Несмотря на окружающую нас опасность, я не мог отказаться от новых знаний.

Вид божественного оружия завораживал, а огненное крыло даже на расстоянии палило, ничуть не уступая самому свирепому пожару.

— Фениксы никогда не поддавались ни Богу, ни человеку. Они – одни из Четырех Небесных Стражей^[68] в Тинсингуо, и их нельзя подчинить. – Янь Шэнли зло зыркнул на Лис. – Фениксы могут отдать свое сердце достойному и добровольно поместить душу в оружие. Генерал У Вэйшень заслужил честь быть избранным Фэнхуаном.

— Да-да, – отмахнулась Лис. – Великий из великих, достойнейший из достойных, слышали уже. Мой тебе совет, мальчик: не стоит превозносить людей, с которыми ты не ел из одной чашки и не пил вина из одного кувшина, даже если это небожитель. Разочарование может оказаться весьма болезненным.

Янь Шэнли помрачнел, а его глаза налились кровью. Сейчас он напоминал взъерошенного воробья, попавшего под дождь и обидевшегося на весь мир за это. Но Лис была в чем-то права, несмотря на то что жители Экнора тоже возвели на пьедестал человека, о котором помнили лишь из легенд.

Пока Янь Шэнли сердился, монстры самой невообразимой наружности продолжали сыпаться из дыры. Не хватало только самого безумного художника с кистью, чтобы запечатлеть на бумаге безобразных тварей. Часть из них выглядели плодом жуткого союза разных видов животных. Двуглавая ящерица размером с дом подняла два хвоста, как у скорпиона, и высунула из каждой пасти по два раздвоенных языка. За ней следовал паук на поразительно длинных ногах – туловище его представляло собой голого по пояс человека. Хотя это существо сложно было назвать человеком. В голове вместо глаз и носа зияли черные провалы, а из огромного рта до самой шеи свисали тонкие клыки. Шесть красных глаз располагались на груди. Он одновременно размахивал шестью костлявыми руками, напоминая чудовищную мельницу.