Книга Лимбус. Том 1, страница 55 – Эон Линь

— Где ты еще увидишь небесную задницу, так неуклюже виляющую бедрами? – Не пойми откуда взявшаяся Лис приложилась к горлышку глиняной бутылки и, сделав большой глоток, крикнула: – Давай, Вэй-вэй! Покажи нам, что не все небожители чванливые зануды! Сними эти тряпки и согрей наши сердечки! У-и-и-и!

Бог Войны нашел нас взглядом, и его смущенный румянец превратился в багровую ярость. Он не мог ничего ответить Лис и поэтому, гордо задрав голову, продолжил жалкие попытки попасть в ритм музыки, при этом сохранив лицо. Хотя демониц его неумение ни капли не разочаровывало, и они с визгом тянули к нему руки, кидая монеты на сцену.

— А Шеольчик-то молодец, ты смотри, как двигается, м-м-м. Не знай я его так давно, точно воспользовалась бы случаем и утащила. Надеюсь, Бинсюэ не додумается продать нашего Верховного Жнеца этим глупым девицам, а то растащат на мелких Шеолянчиков, и – пух! – нет нашего недотроги! – Она многозначительно поиграла бровями и ухмыльнулась.

Я осторожно перевел взгляд на Шеола. В отличие от У Вэйшеня, на котором такой наряд смотрелся вульгарно и глупо, жнецу он даже шел. В нем было нечто необъяснимо священное, отчего хотелось прикрыть глаза в страхе увидеть недозволенное обычному человеку и одновременно…

— Как жаль, что нельзя запечатлеть такое в памяти навсегда. – Лис не отрывала восторженного взгляда от Шеола.

Его плавные движения сложно было назвать соблазнительными, скорее изящной игрой, которую поймут лишь сведущие в искусстве танца. Кажется, Шеол смог бы заставить замолчать даже строгого и вечно недовольного балетмейстера при дворе Экнора. Жнецу не мешало ни обилие звенящих украшений, ни наглазная повязка, ни приставучие демоницы. Признаться, сейчас эта повязка, наоборот, вызывала дикий восторг у дам, создавая флер таинственности.

Я с досадой хмыкнул. Определенно, эти двое могли произвести впечатление и сразить любое сердце. Отчего-то стало противно и неуютно. Вспыхнувшая неудовлетворенность и злость на всю эту ситуацию вызывали противный зуд. Почему они должны выставлять себя в постыдном свете, почему с них едва не срывают одежду? Почему я, победитель, должен наслаждаться этим зрелищем и прятаться от хищных демониц за колонной? Все было неправильно и напоминало мне самый первый выход в свет, когда я точно так же скрывался ото всех в тени гобеленов, а мой единственный друг упивался всеобщим вниманием. Тогда он даже не заметил моего отсутствия и на следующий день искренне недоумевал, чем же его высочество был недоволен. Все обещания, которыми он меня одаривал столько лет, оказались гнилыми, как надкусанное червивое яблоко, брошенное на землю.

Пораженный своими чувствами, я поспешил оставить душную залу, пропитанную ароматными благовониями, и выйти на свежий воздух. Веселье может продолжаться без меня – так было раньше, так будет всегда.

Прохладный ветерок приятно остужал кожу и успокаивал взбунтовавшиеся эмоции, даря легкое умиротворение. Я не понимал себя и того, что происходило вокруг. Все стремительно изменилось за половину ночи. Принц стал жертвой для жнеца, а жертва стала… Кем? Кого во мне видел Шеол сейчас? Очередное безликое подношение или личность под именем Нейн?

Мои же глаза видели необычного человека с таинственным прошлым, но никак не ужасного жнеца, пожирающего принцев раз в сто лет. Но забывать о предшественниках не стоило. Возможно, меня приведут туда, где я узнаю настоящую историю всех принцев, отданных в руки Верховного Жнеца. Хотелось бы однажды открыть все тайны, пусть даже это станет последним, что доведется увидеть перед смертью.