Книга Лимбус. Том 1, страница 107 – Эон Линь

Передо мной снова были две дороги.

Время пришло, Шеол, для всех нас.

Нейн

Лунный свет серебряными нитями проникал сквозь ночное покрывало, расплываясь в нежных волнах озера. Он окрашивал мир в бледные оттенки, словно неуверенная рука художника расплескала по холсту акварель. Тени становились мягкими и терялись в прозрачных занавесях, подобно призракам влюбленных, кружащихся в медленном танце. Казалось, под трепещущим светом мир замер, давая насладиться безмятежным спокойствием.

Из распахнутого окна дул прохладный ветер, призывая выбраться наружу из уютной комнаты и погулять с ним, очищая мысли. Я отодвинул полог на кровати, мешающий рассмотреть смутно знакомое помещение. Оно когда-то являлось мне во снах или же было плодом воспаленного воображения? Ответа в закоулках памяти не нашлось.

Стены украшали изящные узоры, напоминающие водные вихри. Они игриво отражали свет, создавая ощущение неспешного течения ручья. В меру изысканная мебель была выполнена из благородного дерева с инкрустациями из аквамарина и перламутра. Букет хризантем, стоящий в вазе на низком столике, распространял нежный цветочный аромат. Каждая деталь несла в себе отпечаток чьей-то жизни или воспоминание из далекого прошлого, к которому нечаянно удалось прикоснуться.

Счастливый смех и обрывки фраз доносились через окно. Я даже подумал, что мне послышалось, но они повторились, как и размытые силуэты, скользящие на берегу. Осталось только сделать шаг и оказаться возле них. Эхо странного ритма разносилось в моей груди печальной мелодией, как будто сердце предвкушало встречу с давно позабытым человеком.

Снаружи легкий серебристый туман плыл над водной гладью, словно завеса, скрывающая тайну этого места. Свежий, немного влажный, ни с чем не сравнимый воздух наполнил грудь. Он не дурманил, а наоборот, прояснял мысли. Первозданная природа утопала в свете лунного сияния, демонстрируя свое величие и буйство оттенков зелени. Маленькие огоньки прятались в кустах, а потом светящейся стаей зависали над рекой. Светлячки играли в догонялки, вызывая улыбку и теплоту на душе. Они стали для меня символом трепетной радости. Я скользнул пальцами по браслету, выискивая в нем трещинки и веря, что когда-нибудь им суждено исчезнуть.

Я оглянулся в поисках голоса, но нашел взглядом лишь небольшую постройку, из которой вышел, похожую на дома в Предрассветном городе, с такой же красивой, но причудливой черепичной крышей. Тропы за ним терялись в низко свисающих ветвях раскидистых деревьев, а другие превращались в маленькие островки на озере. Оставалось двинуться вдоль реки, надеясь встретить кого-то и вновь услышать зов.

Сходил с ума десятки лун.

Под ногами приятно стелилась трава, соблазняя остановиться и прилечь на нее. Но необъяснимая тоска в голосе увлекала дальше, подталкивая поскорее найти то, что принесет измученному сердцу покой. Все здесь замерло во времени, сохраняя отголоски чьих-то чувств, доносящихся переливчатыми фразами сквозь журчание воды.

Впереди показался широкий мост, и, как только я ступил на него, мир вокруг тревожно стих, оставляя лишь звук водопадов, стекающих далеко внизу. Шаги по настилу гулко отдавались эхом, заставляя ежиться и чувствовать себя неуютно. Мост мог носить гордое название «Вечная дорога». Тянулись минуты, а он все не заканчивался. Мелкие брызги от водопадов создавали легкую влажную дымку по его краям. Казалось, что один шаг в сторону – и свалишься в бездну. Мурашки пробежали по коже, и я растер плечи, стараясь не задумываться о том, где нахожусь, и только целенаправленно двигаться вперед.