Книга Академия Слов, страница 27 – Сенни Роверро

Конечно, она всё понимала, но когда ты – чей-то друг, то иногда приходится вот так вот безобидно оправдываться. В своё время я долго училась не воспринимать это как бесполезную глупость или вовсе унижение. Усмирить не видящий логики разум и гордость не так уж просто, но я смогла. Им, людям, это зачем-то надо, а значит, я буду это делать.

— Понимаю, – печально вздохнула Таня, опустив ресницы, но я успела увидеть зажёгшийся в её глазах огонёк азарта. И вот она уже предвкушающе протянула. – Интересно, кому он так не угодил, что его даже убить хотят?

Вот же... Подруга у меня авантюристка на всю голову. И мне далеко не всегда удаётся её остановить, удержать от глупых на мой взгляд и объективно рискованных затей. Её слишком пьянило чувство растекающегося по венам адреналина. Слишком пьянил риск. Меня тоже, да. На то я и тёмная. Это как наркотик – один раз попробовав уже очень сложно остановиться. И иногда я позволяю себе немного отпустить себя вместе с Таней. Однако сейчас следовало быть категоричной.

— Нет, – резко отрезала я. – Нет, Таня, даже не думай. Это слишком опасно. История там явно тёмная. Это не игра. И это не наше дело. Соколов, в конце концов, взрослый мужчина, он сам способен решить свои проблемы и нам не следует туда лезть.

Возможно, излишне резко. Со мной иногда такое случается. Но я слишком хорошо знала свою подругу. Больше всего на свете она любила три вещи: пирожные с варёной сгущенкой, риск и детективы. Если не образумить её сейчас, то мы можем влипнуть в по-настоящему опасную историю. Это вам не прыжок с парашютом на день рождения или поход на заброшку, где, как нам рассказывали, завелась полуночница – нечисть не так уж опасна в сравнении с людьми. Нечисть я хотя бы могу понять.

Влипнем именно «мы», обе, потому что одну я её не оставлю, да и вообще мне тоже интересно. И я вряд ли смогу по-прежнему себе этот интерес запрещать, если она не остановится и решит-таки провести своё «расследование». Потому что будет объективная причина: я должна буду проследить, чтобы с ней не случилось ничего серьезного.

— Ну да, ты права, – к моему облегчению, кивает подруга, тяжело вздыхая. Смутное разочарование я в себе подавила.

— В чём она права? – пристроился рядом Дима, который за ту неделю, что я его мучила, каким-то образом умудрился стать неотъемлемой частью нашей компании. Другом я его назвать пока не могла, но без него было определённо скучнее. Так сказать, два авантюриста хорошо, а три – уже проблема. Но не для нас. – Я пропустил что-то интересное? Кстати, Мир, а чего ты сегодня опоздала-то, да ещё и на пару с профессором новым?

Ему я не доверяла так же, как Тане, а потому ответила полуправду:

— Не услышала с первого раза будильник, а потому немного проспала. А с профессором столкнулась по пути.

Я ведь действительно столкнулась с Эдгаром Викторовичем по дороге. И проснулась сегодня позже, чем обычно. Ну а то, что я что-то умалчиваю и не договариваю, он почувствовать не сможет, ибо не слововяз.

— Аа, ясно, – протянул Дмитрий и снова сместил фокус своего внимания на Таню. Подруга его явно интересовала больше, чем я, и меня это несомненно радовало. Во-первых, Танька у нас из тех, кто мечтает о большой и чистой любви, но внимания от парней в силу того, что они называют недостатками внешности – слепые, что ли? – получает мало. А Дима парень вроде как не плохой, так что его интерес к ней – большая удача. А во-вторых, если он интересуется как девушкой именно Таней, то я для него – в крайнем случае друг. – Так на счёт чего она там была права?