Онлайн книга «Эпоха Сочувствия Том 1: Балы и бомбы»
|
— Я слышал, что произошло! – выступили вперёд граф Синбульский с графиней. – Мы очень рады, Илдвиг, что вы уцелели… Храбрый воин погиб, защищая вас! Соболезнуем и чтим память героя! Ах, кто-то ещё и погиб… А Мэйфону даже сообщить не удосужились. Впрочем, кто такой господин Антеро здесь? Да никто, так что обижаться глупо. Думая, как бы начать разговор, Мэйфон ленивой походкой подступил к принцу. Илдвиг поднял на него глаза. — Ох, а я вас… тебя-то даже и не признал сразу! – сказал он. — Да, я сменил амплуа, – признался Мэйфон. – Раньше я был философ, теперь же я государственный служащий… – он прихватил рукой гладко выбритый подборок. Теперь он носил бакенбарды и усы, а окладистую бороду давно сбрил. – Илдвиг, рад наконец-то тебя видеть. Надеюсь, ты действительно простил меня после той… истории… — Я тебя и не винил, – странным голосом ответил принц. – Ну, этот разговор мы чуть позже доведём до конца. Сейчас надо ехать. Граф с женой наперебой закивали. Встреча с Илдвигом состоялась… Немного неловкая, холодноватая – но это ведь только начало. Когда собравшиеся на платформе высокопоставленные лица побрели к переходу через пути, Родраген приостановился и обернулся к бывшему гриджонскому полицмейстеру. — Мэйфон Антеро… Мне всё же любопытно, так… Не сочтите за… Не имею ничего в виду, – язык молодого полицмейстера что-то путался, поэтому Мэйфону стало интересно: что же тот спросит. – Что скажут влиятельные круги? Вы же не кювэрец. А будете полицмейстером столицы… — Вы про это? – Мэйфон хмыкнул. – Коршаджцы тоже на кювэрском говорят. Ну, да, страна другая… Но не думаю, что между коршаджцем и верхнекювэрцем разница больше, чем между верхнекювэрцем и брезаньцем. Один народ фактически. А вот в Ортезии народ другой. — Потом, – продолжил Мэйфон. – полицию, как, впрочем, и Охранителей – вот в чём конкурирующие ведомства схожи! – не слишком уважают, к карьере на этом поприще мало кто стремится… Только те, у кого, что называется, душа лежит. Будут недовольные – но, в основном, не слишком влиятельные. Вот если бы меня в генералы сейчас возвели и назначили начальником генерального штаба… Тут, конечно, поднялся бы гул возмущения. На эту-то позицию желающих много… Родраген согласно закивал. — При этом полицейская служба – прекрасный вариант для умного и амбициозного человека. Я думаю, вы меня замечательно понимаете, – Мэйфон решил подыграть самолюбию синбульского полицмейстера. — Я с вами абсолютно согласен. Я, признаюсь, и сам поступил на службу полиции по схожим причинам… «И всё же, – подумал Мэйфон. – Кто пытался убить Илдвига? Индепенденты… или же…» Или же он не всех Охотников переловил? Четыре человека взяты живыми, двое, включая главаря, погибли: одного застрелили, главарь отравил себя в тюрьме. И все четверо на допросах утверждали, что они все – лишь члены одной ячейки, и что таких ячеек в стране полным-полно. Однако, следов этих других ячеек Мэйфон нигде не обнаружил и в итоге решил: главарь Охотников попросту обманывал своих последователей, убеждая, что у них множество союзников, пытаясь представить свою организацию могущественной и значимой. Но вдруг Мэйфон был неправ? Илдвиг Зиддин Илдвиг весь путь от станции до графского дворца – недолгий, кажется, путь – занимался размышлениями. Он корил себя за то, что не был тронут смертью капитана Эвероса, он задавал вопросы, на которые не мог найти ответы… Принц не обращал внимание на то, какая погода, холодно или не очень, идёт ли лёгкий снежок, а может и моросит дождик – что-то точно шло, потому что одежда его оказалась мокрой. |