Книга Лордария – Королевство восьми островов, страница 137 – Филипп Краснов

С тех пор между людьми и драконами настал мир. Он продлился долгие века, и оборвался, когда началась Великая Война Магов. Ведомые неуёмной жаждой могущества хеты вновь открыли на драконов охоту. Благодаря их крови, они могли совершенствовать свои магические способности, становиться сильнее и завоёвывать всё большие территории.

К тому времени как материк треснул и ушёл под воду, драконов в Ливадии осталось очень немного. Большинство из них погибло вместе с континентом, а немногие оставшиеся улетели прочь, и более, в образовавшемся вскоре королевстве Лордария, их никто не видел. Драконы стали считаться вымершими.

Однако не всех желали это признавать. Начиная со времён основания королевства, на островах то и дело появлялись безумцы, хотевшие отыскать драконов. Они строили корабли и уплывали за горизонт, но, как и улетевшие туда крылатые гиганты, больше никогда не возвращались назад. Со временем желающих отправляться в неизведанное поубавилось, детские мечты умерли, и искатели драконов нашли другое применение своим амбициям. Все, кроме одного человека.

Закончив в 1100-ом году обучение в Академии Магии в Энмарисе, маг лагарт Сиддхарт, наконец, смог заняться тем, о чём мечтал всю свою жизнь – ступить на опасный путь искателя драконов. Правда, он сразу же решил не повторять ошибок своих предшественников, памятуя о том, что никто из них не вернулся из плаваний в неизведанные воды, он решил искать следы драконов в самом королевстве.

Побывав в хранилищах древних свитков в Энмарисе, он нашёл в одном манускрипте упоминание о том, что драконы появлялись на свет из яиц. Причём яйца эти, если они не пребывали в тепле, (драконица согревала их своим жаром, и тогда они вылуплялись) могли пролежать в сохранности многие века, при этом детёныш в них впадал в некое подобие спячки, из которой его можно было вывести, поместив яйцо в тепло.

С тех пор как Сиддхарт это узнал, он буквально стал одержим идеей поиска яиц драконов. Он потратил на него почти всё состояние своей семьи, и, наконец, спустя несколько лет в горах Энрамос, что находятся на острове Дир-Эгоне, в глубокой пещере он смог отыскать одно драконье яйцо.

Радости Сиддхарта не было предела. Вернувшись на Темандэ, он немедля пустил слух о своей находке. Вмиг, из безумного искателя, он превратился в почитаемого всеми учёного. К нему стали относиться с небывалым ранее уважением и, Сиддхарт, возгордился собой. Долгое время он не пытался оживить дракона, а когда, наконец, приступил к этому ответственному делу, его слава обернулась против него.

Сделав специальное приспособление, Сиддхарт поместил в него яйцо, а затем положил его в камин. Ближе к ночи, как бы маг ни старался сохранять бодрое состояние духа, он всё же уснул, и этим моментом воспользовался пробравшийся в его особняк ещё днём вор. Аккуратно, чтобы не разбудить лагарта, он проследовал к очагу и начал поспешно извлекать яйцо из приспособления. Его конструкция была настолько сложна, что достав, наконец, яйцо, вор наделал много шума, и ненароком разбудил Сиддхарта.

Вырвавшись из объятий сна маг, сразу понял, что здесь происходит и, недолго думая, ринулся на вора. Сиддхарт побоялся применять магию, разумно посчитав, что заклинание могло случайно задеть яйцо. Они схватились в драке, и долго не могли расцепиться. Наконец, отбиваясь от наседающего мага, вор сделал неуклюжее движение рукой, и яйцо выскользнуло и упало на пол. Раздался характерный хруст и, обмякнув, оно легло под ноги дерущихся. Едва это произошло, Сиддхарт тут же выпустил своего врага и, округлившимися от ужаса глазами, уставился на то, что было ему дороже собственной жизни. Его руки затряслись от гнева и страха, подняв на вора глаза полные ярости, он, не раздумывая ни минуты, выкрикнул первое пришедшее на ум заклинание, и его противник тут же вспыхнул как факел. Пока его истошные крики наполняли собой особняк, Сиддхарт рухнул на колени и бережно поднял яйцо. К сожалению, страхи мага оправдались – на его скорлупе была сильная вмятина, которая могла навредить таящемуся внутри детёнышу.