Книга Книга пара, страница 111 – Сергей Калугин

Ко мне подошли Тави и Нади, немного опасаясь поведения доктора, но после того, как он заулыбался, девчонки успокоились. Шмелёв вернулся, и даже то, что я его шокировал своим рассказом, не останавливало его от заигрывания с красивыми девушками.

— Чтобы не происходило, Николая Семёновича ничего сломить не сможет. Советская закалка и Грушинские фестивали сделали своё крещение огнём и спиртом. – прозвучало за спиной доктора.

Тот немного присел и, медленно повернувшись назад, уткнулся в высокого, крепкого, угрюмого, седого мужика. Глаза Шмелёва расширились от удивления, голос задрожал, а руки затряслись.

— Лаптев? Ваня Лаптев? Это ты?

— Вчера был я, а вот сегодня пока не определился. У тебя теперь байки, чувствую, будут побогаче на сюжет.

— Да как ты, что с тобой? Ты старый!

— А ты внимательный, и проницательности твоей нет предела.

После небольшой словесной дуэли, они молча обнялись. Ваня повёл доктора в один из домов, в которым решил его поселить. Мы втроём проводили его до порога, следуя за ними позади. Оставив Шмелёва в доме отдыхать и переваривать такое количество новостей, мы с Ваней неспешно двинулись вдоль по улице, а девушки отправились на очередную тренировку.

— Я думал, ты опять надолго пропадёшь, а я не успел рассказать тебе про разговор с Мезавитой.

— Я связывался со своей разведкой в небесном городе, нужно разузнать про тюрьму в горе.

— Она очень долго там. Сказала, что город был построен вокруг её тюрьмы. И я боюсь за её состояние.

— Не волнуйся. Мы узнаем и освободим её, нам не впервой проникать в сердце города и устраивать заварушку.

— Ты меня не понял. Я про психическое состояние. Представь, если ты несколько сотен лет провёл в одном помещении, и единственное, что меняется – это только надзиратели, а ты обладаешь телекинетическими способностями. Как ты думаешь, свихнулась она или нет?

— Я думаю, всё будет хорошо. Освободить её всё равно нужно, а что с ней делать, подумаем потом, по мере поступления проблем. Второй древний в наших рядах сможет только усилить легенду о возвращении древних, а значит прольётся меньше человеческой крови при борьбе с хранителями. Эх, знать бы в какой части горы находиться тюрьма, мы бы договорились пробить к ней тоннель. Но чувствую, придется врываться через парадную.

— Ещё она сказала, что её вывозят куда-то раз в год. Может твои лазутчики смогут найти след цикличных, ежегодных перемещений?

— Я задам этот вопрос, а ты пока займись реабилитацией Шмелёва.

Ваня поспешил по лестнице наверх в нижний Сегелион, а я по привычке отправился к Тави на тренировку. Вечером мы зашли за Шмелёвым, чтобы провести вместе вечер за посиделками в кафе. Целый вечер доктор болтал без умолку. Некоторые истории он умудрялся повторять дважды, но другими словами, так, что Тави и Нади не замечали этого. Наговорившись, Шмелёв просто уснул, сидя за столом. Мы проводили его и с весёлым настроением отправились домой.

Всю ночь меня мучила бессонница. Наплыв мыслей не давал уснуть. Я долго думал о моих родителях, особенно о том, как я к ним попал. Затем мне вспомнились видения, в которые меня погружала Мезвита. В одном из них я четко слышал шум морских волн, разбивающихся о камни, ощущал запах солёного влажного воздуха. И, сопоставив информацию Мезавиты, сделал простой вывод – её камера находилась со стороны моря. Сидеть на месте было нельзя, бездействие было сродни беспомощности, а беспомощность приводит к провалу. На этих мыслях меня утянуло царство морфея, но задержаться в котором надолго мне не удалось. Тави разбудила меня утренней дозой витаминов, притащив свежесорванный тибини. Для неё это было, как утренняя разминка, проникнуть утром в теплицу и незаметно для садовника умыкнуть пару свежих плодов. А так как она всю свою жизнь питалась крайлами и производными от них, то настоящей натуральной пищей она в последнее время просто наслаждалась.