Книга Книга пара, страница 106 – Сергей Калугин

— Прости за твоего друга. Мне нужно было его спасти, не отдавать в руки мудрецов.

— Ты всё сделала правильно. И даже не смей себя в чём-то винить. Без тебя я сидел бы в башне вместе со Шмелёвым, и вряд ли моё состояние было бы лучше, чем у него сейчас. Ты спасла меня, и без тебя я не протянул бы и часа на этой планете. – повернувшись к Тави, с благодарностью ответил я.

Она, посмотрев мне в глаза, улыбнулась и спокойно вздохнув, легла спать.

Утром, когда я проснулся, Тави уже ждала меня на завтрак, который с голодухи завтрак казался потрясающе вкусным. Начинать день с прекрасного завтрака в компании красивой девушки, чего же можно ещё желать? Разве что только кружечку крепкого кофе. Как же я соскучился по кофе! Иногда, по утрам, у меня даже бывает фантомный обман обоняния, когда открыв глаза, чувствуешь запах кофе в комнате, но спустя пару минут бодрящий запах стирается сознанием.

После плотного завтрака Тави отправилась на тренировку, а я поспешил в мастерские в надежде, что Ваня уже там. У мастерских путь мне пригородил странный аппарат достаточно внушительных размеров. Выглядел он умопомрачительно, с мотоциклетной посадкой и восемью механическими паукообразными лапами. Его окружили все обитатели мастерской, организовав целый консилиум на сидении внедорожного мотоцикла. Пройти в мастерскую было невозможно, поэтому мне пришлось присутствовать в испытании столь удивительной техники. Испытателем был выдвинут один из рейдеров Ивана, который, оседлав арахноход, начал на нём двигаться, слегка раскачиваясь в разные стороны и не совсем чувствуя контроль. Один из мастеров тут же отрегулировал раскачивание, причиной которому была нестабильность в гироскопе. Аппарат начал двигаться в разных направлениях, вперёд, назад, вверх, вниз. Да-да, арахноход очень ловко карабкался по стенам домов, совершенно не замечая их. Затем было испытание на скорость, и оказалось, что восемь ног очень уверенно набирают приличную скорость. За наездником, убежавшем в даль, осталась только стена пыли, а мастера ликующе закричали.

Под шумиху я незаметно проскользнул в мастерскую. В ней, за своим столом, как я и надеялся, сидел Ваня и что-то изучал, зарывшись в горе чертежей и записей.

— Наконец-то я могу с тобой спокойно поговорить.

— Я так понимаю, разговор будет длинным и непростым. – сказал Ваня, доставая из-под стола два стакана и бутылку спиртного. – Рассказывай всё. Что тебя волнует? Мне сказали, что ты каждый день забегал в мастерскую в ожидании меня. Видимо, у тебя и вправду что-то серьёзное.

Я, налив целый стакан и опустошив его, начал мой рассказ. Я рассказал ему всё про видения, в которых я встречаюсь с Мезавитой, всё, что знаю о ней и всё, что она мне говорила. Рассказал про смятения касательные моего происхождения, про Малеха и Виживу, которые, якобы, являются моими настоящими родителями. Про секретную библиотеку, которую создала Вижива и в которой собраны секреты древних мастеров. Про сферу времени, которая, как я подозреваю, и зашвырнула нас на Гулар. Выговорился я капитально – поделился всем, что меня мучило последнее время.

Выдохнув и допив очередной стакан, я сидел и ждал вердикта моего психоаналитика. Ваня молча открыл шкаф, из которого достал ещё одну большую бутылку сорокаградусного успокоительного и кожаную толстую папку. Положив её передо мной и налив стакан, Ваня высказал своё мнение и почти установил мой психологический диагноз.