Книга Во главе закона, страница 144 – Лия Арден

— Я был не совсем честен. Мне было легко согласиться на наш брак ещё и потому, что к тому моменту я уже и не мог влюбиться. Одной потери мне было достаточно, чтобы пожелать никогда не чувствовать этого снова.

— Ты был в неё влюблён, – поняла Кассия, но Элион не сумел определить, обрадовала эта мысль Кас или, наоборот, огорчила: в её тоне смешались обречённость, напряжение и осознание.

— Я понял это в юности, но с Вегой произошло кое-что очень плохое. Я думал, что она погибла. И, однажды пережив потерю, я зарёкся обрекать себя на повторение. Но ты не хуже меня знаешь, как ощущается второй шанс, на который не мог и рассчитывать. Это похоже на…

— …чудо, – глухо закончила Кассия, понимая как никто другой. Их историю с Каем он выяснил у Иво во всех деталях, и тот не поскупился на подробности, большинство из которых были печальными.

— Верно. Чудо, которое ты ни за что не упустишь.

Взгляд Кассии остекленел, она выдавила слабую улыбку, но её мысли уже унеслись далеко. Элион ощутил укол вины, осознав, что Кассия подумала не только о Кае, как он рассчитывал. Скорее всего, она подумала и о возвращении самого Элиона, который до сих пор ни хрена не продвинулся в поиске и поэтому всё ещё в дерьме.

Элион завёл машину, Кассия немного встрепенулась: звуки её отвлекли.

— Я просто надеюсь, что ты доверяешь моему выбору, и клянусь, что Вега нам друг. Очень хороший друг.

Услышав другое имя, Кассия, кажется, вернулась в действительность. В глазах отразилось понимание.

— Если она – твой выбор, то я доверяю в первую очередь тебе. И раз ты говоришь, что она наш друг, то так и есть. Как насчёт совместного ужина после того, как мы узнаем её настоящее имя?

— Договорились!

Элион моментально повеселел, и машина так быстро набрала скорость, что Кассия с улыбкой качнула головой. Но она и правда доверяла ему и потому перестала хвататься за ремень безопасности, как делала это в начале их знакомства.

Сегодняшнее посещение лаборатории должно было пройти гладко: раннее утро, немногочисленные лаборанты в отключке из-за переработок. Когда Маттео приходит в голову какая-то идея, то о стандартном рабочем графике можно забыть, все начинают трудиться до изнеможения и спать на диванах, которые найдут неподалёку от своих рабочих мест. Такое состояние у него может длиться от пары недель до нескольких месяцев.

Стараясь ступать бесшумно, Вега направлялась к одному из складов мимо лабораторий. Почти во всех горел свет, но было тихо, а рядом с одной из дверей она даже замерла, услышав храп. Как и ожидалось. Годы идут, а Маттео и его стиль работы всё такие же предсказуемые.

Мысль вызвала горькую улыбку и старую тупую боль в сердце. Однажды Маттео его разбил, и Веге понадобилось намного больше времени, чем она ожидала, чтобы его склеить. Правда, получилось неуклюже. Оно напоминало наспех собранные вместе осколки с острыми гранями наружу, и последствия изредка давали о себе знать. Казалось, будто ощетинившееся, теперь напоминающее осколочного ежа сердце ранило соседние органы: царапало лёгкие, кости и мышцы. В первые годы было ощутимо, а сейчас совсем редко. Воспоминания о Маттео, его опеке, маниакальной одержимости работой, неуклюжих попытках заботиться о ней, когда она приходила по женским вопросам, потому что больше не у кого было спросить.