Книга Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона, страница 24 – Арина Рекк

Я бродил по лесу практически наугад, представляя где бы мог укрыться голодный и испуганный человек, но так и не нашел новых следов. Плохой из меня следопыт.

К дому подошел, когда уже начало темнеть. Не с пустыми руками пришел, в очередной кастрюле какая-то каша и двойная порция мяса. Еду я уже давно покупаю в глухой деревне в одном из небольших, практически лишенных магии миров, просто сейчас привычные порции увеличились.

Лина я застаю в зале. Сидя за столом он гипнотизирует проем в стене. Не иначе как в ожидании меня?

— Ждал? — приподнимаю брови. Я на самом деле удивлен.

Вопрос застает его врасплох, и первый его порыв — это видно невооруженным глазом — кивнуть, но он берет себя в руки и качает головой. Ненужное притворство, но когда человек что-то скрывает, принимается врать в мелочах.

— Ждал, — отвечаю за него и ставлю на стол кастрюлю. — Доставай тарелки.

Мелкий молча выполняет поручение и встает, упершись взглядом в стол и увлеченно ковыряя торчавшую с краю столешницы щепку.

— Комнату открывал? — спрашиваю спокойно.

— Она заперта, — бросает на меня осуждающий взгляд исподлобья.

— Знаю, — пожимаю плечами.

— Что там?

— Стал бы я ее запирать, если бы хотел что бы ты увидел? — спрашиваю насмешливо, раскладывая еду по тарелкам.

— А зачем запрещать мне входить, если она заперта?

Хороший вопрос, но не признаваться же, что сначала запретил, а затем, когда уже отошел от дома, перенесся обратно и запер комнату изнутри, чтобы уж мальчишка наверняка в нее не попал. И не ошибся.

— Ешь давай, — отвечаю вместо объяснений. Смотрю какое-то время на с аппетитом поглощающего еду Лина. — Список составил?

— Мне ничего не нужно. Я только вынес на улицу мебель из ванной комнаты и ковер за софой.

Не знал, что там был ковер.

— Хотя есть одно... — он выглядит неуверенно, но продолжает после моего кивка, — можно я буду рисовать в твоем блокноте?

— Рисуй, — пожимаю плечами.

— Только я не знаю как достать стержень из футляра, а тот, что был, уже сточился.

Откидываюсь на спинку стула, снова внимательно разглядывая парня.

— Что? У меня еда прилипла? — вытирает пальцами губы, смотрит на меня выжидающе.

— А писать ты учился как? Пальцем на земле?

Он открывает рот, но тут же закрывает. Потом снова открывает, но снова захлопывает. Хмыкаю.

— Рассказать не хочешь?

Он смотрит настороженно, раздумывает, но отрицательно качает головой. Я и сейчас мог бы настоять, заставить, но зачем? Времени еще много, расскажет, если захочет.

После ужина Лин потоптался немного в зале, но, буркнув что-то, практически сразу ушел в свою комнату. Я же остался. Сел в кресло, откинулся на высокую спинку. Пламя от затухающего огня уже не греет, и я лениво размышляю о том, что надо бы подбросить немного поленьев в камин, но остаюсь на месте. Устал я. Слишком рано проснулся. Должен был спать пока не откроется портала в родной мир, но неожиданный гость разбудил. Надоело все, чем умудрялся развлекаться бесконечно тянущиеся годы за пределами Гериона. Но честно говоря и на Герионе не изменится ничего и там я снова усну, просто мне никто не помешает. Проснусь когда-нибудь, потому что дракон не может спать вечно, буду чем-то заниматься, что-то делать, если повезет, радоваться новому дню. Но делать это слишком долго в обществе поделенных на пары чародеев не получится. Все чаще я начну вспоминать ту, которую и хотел бы уже забыть, но как забыть ее? У меня было много времени, чтобы подобрать ей сотни определений на самых разных языках, но и самое вычурное не сможет передать ее значения для меня. Образ, который впечатался в сознании как клеймо, которое невозможно свести. И через десятки жизней я помню момент первой встречи. Все чародеи помнят, этот миг самый яркий, разрывает на части, а собираешься ты уже иным. Больше не можешь существовать отдельно от пары, с этого дня она становится твоим новым миром. Закрываю глаза и погружаюсь в те ощущения. Наверное, так рождаются новые звезды, с чувством, будто происходит нечто бесконечно важное, неподконтрольное, обжигающее, оно стирает прошлое, переписывает будущее, растягивает настоящее. Онаотказалась от этого еще до того, как мы узнали друг друга хоть немного ближе. Отказалась до того, как я пришел в себя, чтобы мой дракон, в отличии от меня привычный к этому убивающему меня и возрождающему мигу, рванул ей навстречу. Исчезла так решительно, быстро и бесповоротно, что осознать ее выбор оказалось практически невозможно. Я и не верил что это конец, пока вдруг не понял — я на самом деле один, мой мир теперь называется Герион, и назвали его в честь чародейки, которая опередила всех и нырнула в портал, из которого в наш мир лезли ящеры. Отдала свою первую жизнь, чтобы наконец-то закончить затянувшуюся войну. Самая глупая чародейки, которой достался самый быстрый дракон, закрыла портал с той стороны. Осталась навсегда где-то там, в чужих мирах.