Книга Желтый ценник, страница 118 – Сания Шавалиева

Руслан улыбнулся, но в этой улыбке было столько детской слабости, человеческой беззащитности и удивления, что Ася прикусила губу и не позволила себе расплакаться.

— Я дойду сам. – Руслан все порывался встать, а медсестра короткими толчками возвращала его на кушетку, то и дело поглядывая на лифт. Когда его двери распахнулись и две санитарки умело выкатили тележку, медсестра облегченно вздохнула и кивнула на Руслана.

— Забирайте. Вот снимок.

На следующий день Ася с племянником Руслана стояли в коридоре и видели, как молодая, щуплая медсестра с трудом катит грузного Руслана. Он сидел в цветастой ситцевой накидке, которая завязывалась сзади на шее и была такой маленькой и короткой, что абсолютно не прикрывала его голое тело. Стараясь максимально спрятаться под накидкой, Руслан дергал ее в разные стороны, но получалось еще смешнее: если укрывалась одна сторона, другая тут же оголялась. Когда коляска подкатилась к ним, Руслан весело пожаловался:

— Я тут, как проститутка, весь голый.

На следующий день Руслан пожаловался снова:

— Ты мне положила дурацкие тапки. Я весь в мозолях. – Он вытянул ноги и продемонстрировал стопы с парой кровавых мозолей.

Ася удивилась. Чтобы натереть такие мозоли, надо ходить часов пять, и то в жутко неудобной, жесткой обуви, а ведь у него тапки резиновые, а не каменные.

— Куда ты ходил, чтобы так побить ноги?

Видимо, Ася попала в точку, потому что Руслан смутился, пару раз кашлянул. Этого времени хватило, чтобы придумать ответ.

— По коридору гулял.

Старик на соседней койке не сдержался.

— Пять часов по коридору гулял. У тебя жена, смотри, какая раскрасавица.

Руслан внимательно глянул на Асю.

— Дурак, что ли, – обернулся он к старику.

Старик что-то невнятно забурчал, отвернулся к стене.

— Когда дети приезжают? – Руслан спрятал ноги под простыню.

— Завтра.

— Это хорошо. Ты иди. В магазин сходи. Посмотри. Все знают, что ты приехала, – тут Руслан улыбнулся. – Уже боятся. Смотри, – неожиданно показал он на капельницу.

Ася смотрела на перевернутую бутыль, из которой в вену Руслана уходило лекарство, и пыталась запомнить название. Наверное, надо купить.

— На дату смотри.

Всмотрелась, задумалась. Сегодня годовщина их свадьбы.

— Двадцать девять лет, – улыбнулся Руслан.

Ася смутилась, она, в отличие от Руслана, всегда забывала эту дату. А он именно в этот день приходил с цветами или другими подарками. Когда было совсем худо, с утра пораньше, пока все спали, бегал за цветами к матери на дачу пек печенье, покупал билеты в кино. Ася задыхалась от резкого запаха лилий, наслаждалась горячим ароматом сдобного теста, засыпала в кино на плече Руслана.

— Сколько ты тогда загадала? Шестьдесят девять?

Ася покраснела, вспомнила, как в первую ночь шептала, что согласна прожить с ним шестьдесят девять лет.

— Чего так мало? – искренне смеялся он. – Я собрался с тобой жить лет сто.

— Наверное, не получится, через шестьдесят девять лет я стану старенькой и ты меня разлюбишь.

Руслан тогда обозвал ее дурой и обнял так жарко и нежно, что она до сих пор это помнила.

Дети приехали утром. Ася нажала на кнопку пульта, ворота с металлическим лязгом поплыли вверх. Барабан еще продолжал наматывать пластины, а гости уже зашли во двор. Жениха звали Владимир. Он старался скрыть свое стеснение и смущение, и у него это плохо получалось.