Книга Сто мелодий из бутылки, страница 66 – Сания Шавалиева

Да, конечно, у них с дядей Геной была цель найти золото, но когда подобное прозвучало в обыденной речи, как само собой разумеющееся, словно рассказ про поляну белых грибов, это повергло Асю и дядю Гену в шок. Асю поразило, как он изменился: точно внутри его прежде хмурого и неразговорчивого настроения засияло солнце – так ярко озарила надежда. Он был бесконечно счастлив тем, что услышал про первую бутылку клада.

Ася уже открыла рот, чтобы задать кучу вопросов, но дядя Гена схватил её за руку и заставил замолчать.

— Вот там, за прачечной, была начальная школа, вот там, – остановилась Нина и, повернувшись спиной к дому учителей, показала в бурелом зелени, – памятник Героям Гражданской войны Деменеву и Потапову, ещё стоит, могу показать.

— Да, конечно, – к неудовольствию дяди Гены отозвалась Ася.

— Сыро здесь, – торя тропу в высокой траве, Нина переступала через камни.

Да, Нина умела говорить, у неё это великолепно получалось: уверенно, громко, не останавливаясь, не давая отвлечься, передохнуть, переключиться на иное. Хотелось, очень хотелось спросить про бутылки, хотя Нина произнесла слово «кувшин». Но Ася помалкивала, чтобы не прекратить эту связь. По крайне мере, появилась возможность поговорить, послушать, узнать. Нина знала доподлинно, о чём говорила, а для Аси всё было смутным, обрывочным, путаным. Вот и памятник в её воспоминаниях вырисовывался какой-то бетонной сваей. Ася шла следом, и чем глубже погружались в заросли, тем сложнее было совладать с желанием вернуться.

— Не вижу, ничего не вижу. Даже основания не осталось, – кружила в кустах Нина. – Тут каждый год фестиваль-реконструкция проходит, он вроде у них как под охраной был. Косили траву вокруг, а в этом году ничего не сделали. Дальше не полезу. – И Нина повернула назад.

Вновь вышли на дорогу, медленно тронулись вперёд.

— Туристы приезжают, спрашивают, где тут город-призрак, – с обидой в голосе произнесла Нина. – Я им говорю: вот она я, реальная, можете потрогать. Обозвали город призраком, а я помню, как мы здесь жили, как в садике природу изучали, насекомых. В школе на природу ходили, учителя нам всё показывали, каждую травинку любить обучали. Вот тут колонка стояла.

— А вы давно отсюда переехали?

— В девяносто шестом.

Ого! Как долго. Ася с родителями переехали в семьдесят втором. Уже тогда казалось, что барак со дня на день развалится.

— Сейчас у нас с мужем здесь дача. – И без перехода: – Это учительский дом на восемь квартир. Учителей раньше уважали. Каждому отдельную квартиру давали. Последнее время во всем доме жил один учитель. Учителя раньше другими были: кто воевал, кто работал санитаром в госпитале. Я до сих пор помню своего первого учителя Сергея Платоновича, вот его окна, на втором этаже. Грамотный был мужик, до сих пор живу его заветами. Он ведь не только учил, но и воспитывал. Без пропаганды и лозунгов, а по-житейски мудро. Говорят, из бывших офицеров царской армии, да и места эти ему были знакомы, словно принадлежали когда-то его семье… сейчас там ходим, клубнику собираем. Удивительно, что этот дом ещё не разобрали, видать, хорошо построили. Вот тут был ваш барак. – Нина вдруг резко остановилась.

Ася поняла, что без помощи Нины они бы точно не нашли это место. Кругом лес, никаких ориентиров. Каким воспользовалась Нина, было абсолютно непонятно.