Книга Своенравная Жена тайного советника, страница 29 – Таисия Шатская

— Объявляю вас обручёнными, — произнёс священник.

Зал выдохнул. Кто-то захлопал.

После церемонии начался бал. Лиза стояла у окна, сжимала в руке бокал с тёплым вином и смотрела, как по залу скользят пары. Музыканты заиграли менуэт. Казалось сам воздух гудел от разговоров, смеха и музыки

Верский стоял поодаль, у колонны. К нему подходили, кланялись, что-то говорили. Он отвечал скупо, не меняя выражения лица. Лиза видела, как одна из дам, жена сенатора, кажется, поднесла веер ко рту и наклонилась к соседке. Взгляд у неё был любопытный и злой.

Лиза отвернулась.

Во время второго танца, полонеза, она оказалась с Верским рядом. Таков был порядок — обручённым надлежало открывать круг. Он взял её за руку и повёл медленно, как по линейке. От него пахло чем-то горьким, не то табаком, не то одеколоном, и конечно хвоей. Лиза чувствовала его ладонь у себя на талии. Тепло пробивалось сквозь шёлк платья.

— Ты держишься, как на похоронах, — сказал он негромко.

— А ты — как на строевом смотре.

Верский чуть повернул голову. Его глаза блеснули в свете люстр.

— Ну вот, уже есть чему радоваться, — он улыбнулся уголком рта. — Слова тебе ворочают.

Лиза хотела ответить, но пол повернулся под ней, и она едва не сбилась с шага. Вино тёплым комком встало в горле.

Следующий час она держалась с гостьями. Улыбалась, кивала, слушала поздравления, из которых половина звучали как вопрос. Ближе к полуночи, когда танцевать стало невозможно от усталости, она вышла из Большого зала в галерею.

Здесь было тихо. Вдоль стен тянулись белые мраморные статуи, в полумраке они походили на застывших гостей. Лиза остановилась у одного из окон и прижалась лбом к холодному стеклу. Сердце колотилось медленно и сильно, будто хотело выломать рёбра.

Следом шаги. Она услышала их за миг до того, как обернулась.

Верский стоял в конце галереи.

— Тебя разыскивает императрица. Тебе надлежит показаться перед дамами.

— Я устала.

— Я задавал вопрос о вашем самочувствии?.

Он подошёл ближе. Его тень легла на пол и накрыла подол её платья. Лиза не отступила, хотя каждая мышца кричала ей это сделать. Он наклонился — совсем близко, так, что она услышала его дыхание.

— Ты боишься меня, — произнёс он тихо, как будто констатируя.

— Нет.

— Тогда перестань дрожать и иди в зал. Не заставляй её величество ждать.

И он вновь ушел, оставив за собой последнее слово.

Она вернулась в зал, подавив возникшее из упрямства желание остаться в галлерее.

Музыканты уже настраивали инструменты, пары выстраивались для заключительного котильона. Лиза встала в первую линию, не глядя по сторонам, и почти не удивилась, когда Верский занял место напротив. Он сделал это беззвучно, как если бы весь вечер только и ждал случая подойти.

Первая фигура началась с поклона. Она присела, опустив ресницы, но всё равно видела его сапоги — чёрные, начищенные до блеска, и край белого жилета. Потом он взял её за руку, и сквозь перчатку она ощутила всё то же сухое, цепкое тепло. Он вёл её в круг, и она двигалась, как деревянная кукла на верёвочках, ноги слушались только потому, что знали порядок шагов.

— Вы не танцуете, а исполняете повинность, — заметил он, когда музыка сменила темп и они на миг сошлись лицом к лицу.

— А вы, кажется, получаете удовольствие, глядя, как я это делаю.