Книга Победа офицера, страница 21 – Аня Истомина

Подхватываю ее салфеткой и прижимаю, чтобы остановить кровотечение. Виктория перехватывает салфетку и облегченно вздыхает.

Встав, забираю из ее руки телефон и позволяю себе еще раз внимательно рассмотреть ее, с распущенными волосами и блестящими от выступивших слез глазами.

— Жить будете? – уточняю.

Кивает, опустив взгляд и шмыгнув носом. До чего ж хороша, когда вот такая, беззащитная!

Зарываюсь рукой в волосы на ее затылке. Они шелком скользят сквозь пальцы. Чуть сжимаю их, заставляя Викторию откинуть голову и посмотреть мне прямо в глаза.

— Точно? – шепчу, а она растерянно замирает. – А то раненых везут, а мне на планерку надо.

— Все хорошо, – хрипло выдыхаю, почти не слыша своего голоса от грохочущего в ушах пульса.

— Обработать не забудьте, – глядя в глаза, добавляет Юрий Сергеевич и убирает руку от моего затылка.

Киваю.

Он еще пару секунд медлит, а затем разворачивается и быстро уходит из палатки.

А я так и остаюсь стоять в расстегнутых штанах, растерянно глядя ему вслед и не понимая, что только что произошло.

Вроде бы ничего особенного, но в ушах звенит, ноги ватные, а во рту пересохло от волнения. У меня сложилось впечатление, что он собирался меня поцеловать.

Я не хотела этого. Ни в коем случае! Если бы он посмел, ему бы точно не поздоровилось.

Но он отпустил меня и ушел, и это оказалось неожиданно. Мое тело, которое готовилось сопротивляться и обороняться, теперь не понимает как на это реагировать.

Обессиленно опускаюсь на кровать и упираюсь лбом в ладонь. Лицо горит. Это же надо было попасть в такую идиотскую, унизительную ситуацию! Нарочно не придумаешь. И ведь что самое обидное – все это произошло исключительно из-за начмеда. Эта его шутка дурацкая с сердечным приступом так вывела меня из себя, что, переодеваясь, я со злости слишком резко рванула молнию и оказалась в ловушке.

Дав себе пару минут на самобичевание, собираюсь с силами. Заплетаю волосы в косу и, умывшись прохладной водой, выхожу из палатки. Свежий воздух приятно охлаждает пылающее лицо, пока я быстрым шагом иду к хирургическому модулю готовиться к приему раненых.

В предоперационной уже кипит работа.

— Вика, что с тобой? – Ира, натягивающая маску, бросает на меня удивленный взгляд.

— А что со мной? – уточняю, подходя к умывальникам и скользнув по ней взглядом.

— У тебя щеки фиолетового цвета, – хмурится она.

— А, – отмахиваюсь, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал невозмутимо. – Это я с молнией воевала. Собачку заело.

Ира усмехается, встает к соседней раковине и многозначительно молчит, а я чувствую на себе пристальный взгляд.

— Что? – со вздохом поднимаю на нее глаза.

— Мне кажется, наш начмед к тебе неравнодушен, – снисходительно улыбается она.

Фыркаю и отворачиваюсь, закатив глаза.

— Я серьезно, Вик.

— Глупости, – обрубаю, намыливая руки.

— Почему «глупости»? По-моему, он очень милый. Мне с кружками помог, тебе спинку помассировал… – хитро мурлычет подруга.

По спине пробегает неприятная волна мурашек. Со вздохом расправляю плечи.

— А, может, он просто мартовский кот, и у него манера общения такая? – серьезно смотрю на Иру. – И, если уж быть справедливой, то не «помассировал», а попытался всего лишь. Потом извинился.

— А что ты злишься сразу? – тихонько возмущается она и тянется к стерильному полотенцу. – Я же без претензий. Просто внимание твое обращаю. Если он тобой заинтересовался, так, может, это судьба?