Книга Плохая жена. Цена свободы, страница 34 – Елена Левашова

— Может, он все сам придумал? Давид, а ты не думаешь, что Евсеев приревновал тебя к своей женушке? И все эти слухи про них и… И их отношения — блеф? Они ведь могут быть любящей семьей?

Стискиваю зубы, вспоминая, как Егор нежно поглаживал Алину по запястью, смотрел в глаза, шептал нежности… Нет, так по-идиотски он бы не поступил…

— Нет, он слишком любит жизнь, чтобы так рисковать. Да и внимание жены он может привлечь другим способом. Оля, я запрещаю себе высказываться об Алине неуважительно. Ты меня поняла?

Прожигаю в ней дыру взглядом, добиваясь согласия. Она поджимает губы, отводит взор, неравно постукивает пальцами по столу и… выпаливает, как на духу:

— Мне плевать на нее, Давид. Вы все равно не будете вместе. Никогда. И дело даже не в тебе и твоих высокопарных разговорах о моих изменах. Дело не в нас… Разве ты не знаешь, что она не может развестись? Она никогда не уйдет от него. Будет все терпеть, чтобы сохранить имущество и активы. По условиям брачного договора она…

— А тебе это откуда известно? — хмурюсь я. — Не помню, чтобы обсуждал семью Евсеевых с тобой.

— Попросила папочку узнать про нее все. И успокоилась. Даже выпила немного, чтобы отметить. Так что… Тебе незачем бросать меня. Точно не из-за нее.

— Я сделаю это ради себя, Оль.

Давид.

— Дава, послушай, — взмаливается она. — Я люблю тебя, я… Все, что мне нужно — твое внимание. Поэтому я так себя веду.

— Изменяешь с кем попало, пьешь… Хороший у тебя метод, Оль. Безотказный. Я не люблю обижать людей, тем более женщин, но…

— И это говоришь мне ты? Самодовольный ублюдок и циник, каких свет не видывал? Можно подумать, ты ни разу не изменял мне? — фыркает Ольга, врезаясь ножом в сочный стейк.

— Оль, прими, наконец… Нас нет больше. И никогда не было… Я не собираюсь тянуть резину и… Завтра адвокат составит документы, ты подпишешь и… Поговорить с отцом все равно придется. Надеюсь, ты не собираешься поддерживать его заблуждение о моих мнимых изменах…

— Ну уж нет, — кривится она. — Не для этого мы с тобой проворачивали такую аферу. И той тупой девке из бара платили за молчание.

— Оля, меня весь город полоскал почти месяц. Или тебе нравилось обсуждение нас в соцсетях? — хмурюсь, отпивая глоток вина.

— Да, мне нравилось, Галеев. Меня все жалели. Эти тупые курицы обзывали тебя, а мне сочувствовали, — язвительно протягивает она, продолжая поглощать стейк.

— Все у тебя тупые, Оль… Одна ты умная. Я не хочу скандалить и ссориться, поэтому…

— Значит, крепко она тебя зацепила, Дава. Ты не стал бы ерзать, если не эта Алина. Руслан Адамович знает?

— Не говори глупостей, Оль. Доедай и… Завтра у меня насыщенный день.

— О! Не поделишься с пока еще женой?

— Я не хочу больше жить в гостинице. Сделка на следующей неделе, так что… Сниму квартиру.

— Ты серьезно, Давид? — фыркает она, накручивая на палец длинную прядь. — Планируешь всерьез заниматься заводом?

— А ты думала, я для развлечения сюда приехал? Купить новую игрушку? Хватит, Оль. Мне неприятен этот разговор. Идем уже… Ты достаточно выпила и устала.

Понимаю, что Филатовы не из тех, кто сдается… В ее любовь я не верю, Ольге просто нужен влиятельный муж. Причина поставить очередную галочку в списке достижений.

До номера мы идем молча. Она подавлена, хоть и пытается казаться высокомерной и уверенной в себе… Черт, не хочу, чтобы так все было… Ранить не хочу, обижать… Но по-другому не получится. И по-хорошему тоже… Ни фига у меня не выйдет. Филатов меня, конечно, не убьет, но жизнь подпортит…