Книга Загадай меня, страница 41 – Елена Левашова

— Варюха, твой жених ждет тебя внизу. – Федька звонит в тот момент, когда я собираюсь закрыть дверь на ключ. Малинина сюда еще вернется: у нее более поздний рейс домой.

— Иду, жених. – Оглядывая напоследок комнату, усмехаюсь я. Так… Кровати заправлены, посуда вымыта, вчерашний суп из холодильника благополучно съеден. Мусор! Бросаюсь к ведру и затягиваю завязки на мусорном пакете. Ну, все. Да здравствует новый жизненный этап! До встречи, универ. И… здравствуй, дом.

Федька предусмотрительно вызвал такси. Я выскакиваю из общаги под дышащее морозом небо и важно передаю ему вещи. Бегу к мусорному баку и небрежно сую туда пакет.

— Поехали, Горностай. Я всю ночь учила, поэтому в дороге буду спать на твоем плече, как на подушке, идет? – отдышавшись, выпаливаю я.

— Идет, Варя.

Варвара

— Эй, Тимофеевна, открывайте калитку, встречайте гостей! – баба Маруся ковыляет к калитке моего дома и что есть мочи стучит по деревянной поверхности. Во дворе звонко лает пес Гаврик.

Так и знала, что наше с Федькой появление не останется незамеченным. Понятное дело – жизнь обитателей таежного поселка Ярцевка спокойная и скучная… Баба Маруся, завидев наши фигуры, двигающиеся от автобусной остановки, подняла крик на все село.

— Ну все, Варька, представление начинается, – улыбается Федя и подталкивает меня по плечу. – Готова к расспросам? Смотри, там еще какая-то бабуля из двора вышла… У них тут, наверное, телека нет?

— Тише ты, Горностай! Черт, я что-то побаиваюсь. А вдруг тетя Саша спросит у тебя, что я люблю есть на завтрак? Или…

— Суп. Все нормальные люди завтракают яичницей или бутербродами, А Варя Поленкина любит суп. Еще вопросы? – воркует Федор. – Спрашивай обо всем, я знаю, какая ты…

— Любимая песня, – хрипло выдавливаю.

— Прости меня моя любовь, Земфира. Дальше?

— Хобби? Увлечения?

— Рисовать грифельным карандашом, раскрашивать картины по номерам. Глупая затея, Варюха. Давай дальше, а то сюда сейчас полдеревни выйдет. – Федька лениво оглядывает скованные утренним морозцем деревенские домики. Дым из труб валит вертикально, а из запотевших окон льется слабый электрический свет. Обычное деревенское утро.

— Мой размер одежды, обуви, рост? – визгливо произношу я.

— Об этом никто не будет спрашивать, но… Пожалуй, сорок шестой.

— С ума сошел, Горностай! Моя мама такой носит.

— Сорок второй? А рост… ты мелкая, Варька. Метр с кепкой.

— Ну уж нет, – состраиваю довольную мину. – Метр шестьдесят шесть. А размер обуви тридцать восьмой. Да, у меня немаленькая ступня.

— Поленкина, не уходи в крайности. Глянь-ка, вон та бабуля, по-моему, ведет сюда твоих родственников. Кстати, а тебя ведь тоже будут спрашивать обо мне?

— О боже! Точно! Что же делать?

— Рост сто восемьдесят пять. Девяносто килограммов мышц. Вырос в закрытом поселке Таежном. Мама умерла пять лет назад. Замёрзла в лесу. Один ребенок в семье. Папа в прошлом моряк. Ходил по сибирским рекам – Обь, Енисей… Люблю математику… Ты же тоже все обо мне знаешь?

— Феденька, всё, нас заметили. Это баба Маруся. Мои родители у нее молоко покупают. Я, кстати, умею доить коров, Горностай. И печь пироги из дрожжевого теста. Ну это так… для справки.

— Не сомневаюсь, что мне досталась самая лучшая жена. Варька, дай я хоть в щеку тебя поцелую. Нам же надо… держать интригу? – мне кажется, что голос Феди слегка надламывается. Хотя нет… на улице такой мороз, что надломится все что угодно. А мы – дураки – вместо того, чтобы обсуждать стратегию поведения в автобусе, всю дорогу спали!