Книга Тот, кого не люблю, страница 79 – Елена Левашова

— А как же твоя спина?

— Я справлюсь, Заяц. Или ты меня уже со счетов списала. Чего ты загрустила?

Мимо проносятся скверы, магазины и палатки торговцев. Надувные круги, резиновая обувь, купальники – кажется, в нашем городке такие товары имеют круглогодичный спрос. А я думаю о море в период грусти… Отдаю ему свою боль, окунаюсь в волны и шепчу: «Здравствуй, море… Мне сейчас так плохо, подержи меня на своих волнах… Покачай».

— Ну, Зойка.

— Роб, мне так грустно, я хочу на море.

— Так пойдем. Сейчас? А как же купальник? Хотя можно купить в лавочке. Зой, я должен тебе еще кое-что сказать, – мнется Роб, поглядывая на дядю Колю. Тот чертыхается, пропуская на повороте наглого таксиста.

— Давай. Добавь мне грусти.

— Ресторан закрыли. Я две недели отбивался от инспекций, но так и не смог ничего сделать. Мы… Я остался без работы, Зой. Клиентов нет, а на моих плечах куча штрафов.

— Господи, разве они не делают предписаний? Сразу штраф? Так бывает или это…

— Я думаю, постарался любовник Киры. Он влиятельный человек в правительстве, один его звонок, и меня закроют навсегда.

— Роберт, может, мне поговорить с ней?

— Думаешь, я сам не пытался? Я звонил, встречался, – отводит глаза Роберт.

— Встречался? Когда я лежала в больнице?

— Да, именно так, Зой. Приперся и унижался перед ней. Говорил про детей, семью, необходимость работы. Я отказал ей, Зойка. Женщины не прощают такое. И отказал довольно грубо, так что…

— Она снова на тебя вешалась? – хмурюсь я. – Я этого так не оставлю, Роб!

— Что ты задумала? Не вздумай идти к ней. Ты ребенка хочешь потерять? Я не желаю скандалов, я… Мужик я или кто? Пойду работать к отцу, как раньше. Ты же меня таким и полюбила? Простым официантом из кафе «У Шариповых»…

— Все так. Но я не позволю какому-то чиновнику заниматься самоуправством. Я найду способ их приструнить.

— Что ты задумала, Зоенька? – включается в беседу дядя Коля.

— Я опозорю эту Киру на весь город. У тебя же есть знакомые журналисты? Помнишь, ты помогал Никите? К тебе частенько захаживает репортер новостного канала. У них есть интересная рубрика, называется «Честная пятница».

— Точно! – выкрикивает дядя Коля, совершая резкий поворот на перекрестке. – Гаяна любит смотреть ее, как раз вечером эфир, во время ужина, очень удобно.

— Острожно, пап. Не дрова везешь, – бурчит Роб. – И что ты хочешь? Эфир?

— Да. Я надену красивое платье и бриллианты, что ты мне дарил. Приду на программу уверенной в себе красавицей, а не жалкой домохозяйкой, и расскажу, все как есть. Про ее приставания, превышение должностных полномочий со стороны чиновника – ее покровителя. Попрошу журналиста пригласить на эфир представителя следственного комитета.

— Да что его просить. У вас же Шевелев есть, пусть притопает, – предлагает дядя Коля. – Невестка у меня мегамозг. Повезло тебе, Роберт.

— Зой, ты уверена, что хуже не будет?

— Уверена. Я готова биться за наш ресторан до конца. И я знаю тебя, муж… Ты аккуратный, мудрый директор. Я не видела такого идеального порядка на кухне и в зале ни в одном месте. Они несправедливо тебя обвинили. Все эти липовые предписания… Их легко опровергнуть.

— Зой, ты не думай, что я проявляю трусость. Скорее, благоразумие. Ты уверена, что они не сожгут ресторан в отместку и не подкараулят тебя в темном переулке? Я очень боюсь за Мишутку… И за вас с малышом.