Книга Несбывшаяся жизнь. Книга 1, страница 116 – Мария Метлицкая

Лиза вздрогнула.

— Встречаться нам было негде,– продолжала Мария.– В гостиницу без штампа о браке путь был закрыт. Друзьями в Москве обзавестись он не успел, а может, и не захотел. Ну, приехал и приехал, устраиваться как-то надо, не до друзей… В общем, мотались мы по городу и мучили себя, как подростки в подъездах. Летом ездили за город, на пленэр, как говорил он. Брали бутылку шампанского, фрукты и одеяло – для пиршеств и прочих наслаждений… А через год я сама предложила ему переехать ко мне, к нам с Ниной.

Мария горестно покачала головой.

— Он долго не думал – на следующий же день переехал: Нина тогда была в санатории. А через день мы подали заявление в загс… Я понимала, что моя благочестивая сестрица не позволит нам жить во грехе. И, надо сказать,– Мария вздохнула,– уже через пару дней я начала им тяготиться. Я поняла, что любви между нами нет и в помине, человек он не мой и всем меня раздражает, но самое главное – тут же проявилась его натура, характер. Исчезла легкость и беспечность. Он перестал притворяться: стал капризным, занудным и грубым.

Лиза молчала, не веря своим ушам. А что тут скажешь?..

— Причины для плохого настроения у него были серьезными: то тяжело заболела его мать, то обокрали младшего брата, то лучший друг разводился с женой… Писем из своего города он не получал, чтобы знать обо всем этом, а я, дура, и не задумывалась, откуда подобная информация. И, представь себе, верила… Ну да, крупные неприятности, человека можно понять! Верила и даже жалела.

Анюта, сидя к ним спиной, сосредоточенно возводила очередную башню, не представляя, какая драма раскрывается в двух шагах от нее.

— Кстати, он не работал,– хмыкнула Мария.– Вернее, находился в постоянном поиске. Но все не складывалось: то начальник оказывался сволочью, то коллеги – стукачами, то зарплата не соответствовала уровню. А деньги у него при этом водились. По вечерам он куда-то уходил… Откуда у неработающего человека деньги? Где он болтался ежевечерне?.. Но я гнала все плохое… Такой дурой была, господи, такой идиоткой! И ты знаешь… – Мария вздохнула. – Деньги – немалые, даже приличные! – то появлялись, то странным образом исчезали. И тогда он просил на проезд…

Лиза продолжала слушать – молча, с опущенной головой. Такого она не ожидала.

— Жадным он не был. – Мария приподняла красивую бровь. – Принесет пачку, перевязанную черной аптечной резинкой, и небрежно – словно деньги случайные, найденные – бросит на стол. «Разберись, – говорит, – что на хозяйство, а что на шпильки. На все хватит». Ни кошелька, ни портмоне у него не было, деньги по карманам валялись… Себя он тоже не обижал: то новый костюм, то рубашка, то туфли. Новый плащ, модная шляпа, импортный одеколон. У него были знакомые продавщицы и парочка приятелей-спекулянтов, у них и отоваривался. И с меня отчета не требовал, так, мимоходом спрашивал, купила ли я себе что-нибудь… В денежные дни он приносил продукты – и это всегда были деликатесы: черная икра, крабы, миноги, шоколадные конфеты, виноград… Но никогда нормального мяса или колбасы, картошки или капусты. Тяжелые сумки таскала я, и в очередях стояла я – это ж плебейское дело, не для таких, как он.

Анюта случайно наступила на одну из песочных башен и от обиды расплакалась. Теперь драма была у нее. Она даже порывалась бежать домой – какой смысл все делать заново?.. Мария с Лизой насилу ее успокоили.