Книга Несбывшаяся жизнь. Книга 2, страница 91 – Мария Метлицкая

Собирала вещи, но сомнения не покидали. Ладно, в конце концов, чем она рискует? Уж точно не потерей девственности и реноме. А ее репутация, увы, безупречна… Не мешает немного подпортить.

В семь выглянула в окно: машина Полоненко была у подъезда. Лиза обернулась на зеркало, провела щеткой по прекрасным, все еще густым волосам и впервые за сто лет влезла в кроссовки. Накинула ветровку, взяла сумку, громко выдохнула и вышла из квар– тиры.

На улице было пусто и прохладно – выходной и раннее утро. Правильные дачники уехали на свои дачи еще в пятницу, неправильные еще спят и вряд ли выползут раньше одиннадцати.

Пахло свежестью и черемухой, влажно блестел асфальт. Полоненко вышел из машины, принял Лизину сумку и открыл переднюю дверь.

— Или назад? – спросил он. – Подремлете?

На заднем сиденье лежала подушка и толстый плед. Соблазнительно.

— Попробую, – улыбнулась Лиза.

Легла, укрылась пледом, закрыла глаза. Машина ехала плавно, объезжая кочки и лежачих полицейских. Лиза задремала, поймав себя на мысли, что ей спокойно и хорошо, а главное – никакого смущения.

10

Лиза знала, что когда-то Полоненко был переводчиком-арабистом на военной должности и работал в горячих точках. Однажды обмолвился о сыне: коротко, между прочим, но тему развивать не стал, – и Лиза поняла, что там пахнет драмой, а отношения вряд ли есть.

Она вспомнила, что тогда, на вызове, приложив стетоскоп к еще сильной спине, увидела глубокий шрам. Ничего не спросила, и так было понятно, что огнестрельное. Возможно, комиссован по ранению или просто ранняя военная пенсия. Вдов или разведен, есть ли родня, друзья, чем увлекается, Лиза не знала, зачем ей все это? Ясно одно: богатств не скопил, квартира, машина, ну и похоже, что все.

Увидев, что Лиза проснулась, Полоненко съехал на обочину. Вышел из машины, деликатно давая ей возможность привести себя после сна в порядок.

Лиза причесалась, посмотрела на себя в зеркало и потерла бледные щеки. Надела темные очки – глазки были так себе, припухшие и отечные.

Из леса доносились пение птиц. Пахло прошлогодними сосновыми иглами, мокрой землей, свежей травой.

Полоненко кивнул в сторону леса.

— Пройдешься?

Смутившись, Лиза кивнула.

Вернувшись к машине, она обомлела: на капоте был накрыт завтрак.

«Ого! – поразилась Лиза. – Ничего себе, так быстро и ловко!»

На бумажной скатерти стояли пластиковые тарелки с бутербродами, сыром, колбасой, огурцами. Внизу, на земле, пыхтело небольшое сооружение вроде примуса, на котором стояла объемная старая турка, и Лиза завороженно смотрела, как в ней медленно приподнимается густая кудрявая пенка. Запах кофе медленно разливался по округе. От воздуха кружилась голова.

Лиза удивленно улыбнулась.

— Максимум, на что я рассчитывала, так это термос и пачка печенья. А тут – просто пикник на обочине! – Она покачала головой, а потом кивнула на кофеварку. – А это что за агрегат? Впервые такое вижу.

Он объяснил, что это кофеварка: такими пользуются в пустыне или в горах – обычная походная принадлежность, в том числе туристическая, альпинистская и военная.

— Хочешь умыться?

Полоненко достал баклажку воды и аккуратно, тонкой струйкой, стал лить ей в ладони.

А дальше снова была дорога. Полоненко поставил музыку, и Лиза с облегчением выдохнула: Окуджава, Высоцкий, Визбор, Никитины. Ну, в этом они точно совпали. Мелькали леса и поля, железнодорожные переезды, деревушки и маленькие поселки, снова поля и леса, вилась темная лента дороги.