Книга Доброе имя, страница 28 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Что у нас нет полугода, — закончил за него я. — Я сомневаюсь, что у нас есть хотя бы месяц. Думаю, что мое внутреннее расследование закончится еще до конца ноября. А когда меня вышибут из полиции — все собранные нами доказательства превратятся в тыкву. Потому что просто некому будет дать им ход. Втягивать в это напарника я ни за что не буду, а любого случайного копа Гольдберг, скорее всего, или купит, или запугает. Да и мне после увольнения это уже в любом случае ничем не поможет.

Марч молчал. То ли думал, то ли просто признавал, что ситуация неожиданно снова пошла в сторону тупика. Мы оба рассчитывали, что в списке Митчелл окажется кто-то, кто сможет дать нам железобетонный повод для ареста. Но похоже, что настолько сильно нам не повезет.

— Ладно, — проговорил Марч. — Я постараюсь переговорить с заказчиками по этому вопросу — может быть, они смогут хоть немного затянуть твое расследование. Но обещать не могу — внутренние дела в вашем Департаменте — кухня очень специфическая. А по свидетелям… дай мне неделю. Я найду всех из этого списка и постараюсь склонить к сотрудничеству… тем или иным способом. Будем надеяться, что хоть один из них даст нам что-то достаточно серьезное, чтобы закрыть Марти в клетку на время следствия. А ты держи связь с Митчелл. Вдруг нам сказочно повезет, и Гольдберг в ближайшее время снова свяжется со своими киллерами. Если мы сможем предотвратить убийство свидетеля и связать его попытку с Марти — это станет идеальной основой для нашего дела. Тогда ему точно конец.

— Так он Крауза за покушение выдернул под залог, неужели ты думаешь, что он сам не сможет так же выкрутиться? — спросил я.

— Во-первых, Крауз — просто охранник, у него под домашним арестом не было особых возможностей влиять на свидетелей. В отличие от мультимиллионера Марти — и суд это тоже учитывает. А во-вторых — я попытаюсь решить эту проблему через своих заказчиков. Очень сложно подкупать судей, когда за делом наблюдают из самых высших инстанций.

— И ты уверен, что сможешь устроить что-то подобное? Противостоять связям Гольдберга? — усомнился я.

Марч немного подумал, после чего ответил:

— Да, уверен. Потому что это будет на сто процентов в интересах моих нанимателей. Не беспокойся — тут нас поддержат.

В слова Марча хотелось верить, но сейчас проблема, к сожалению, была не в этом. Чтобы использовать его связи, нужно было сначала найти железобетонный повод для ареста Гольдберга. А у нас его не было.

— Ладно, начну работать над нашим вопросом прямо сейчас. Сообщай мне свежие новости от Митчелл как можно раньше. Я пока погружусь в работу над тем, что уже есть, — сказал Марч.

— Хорошо… — сказал я, но перед тем, как он повесил трубку, окликнул его: — Холланд!

— Да? — ответил детектив.

— У тебя случайно нет связей в Лейквью, в Риверсайде?

— Чего нет, того нет. А зачем тебе?

Я кратко рассказал ему про Стэплтона.

Он помолчал, после чего сказал:

— Я подумаю, смогу ли чем-то помочь. Но пока на ум ничего не приходит, извини.

— Ладно, все равно спасибо. Бывай, Холланд.

— Бывай, Майк.

Я повесил трубку и упал на диван, глядя в потолок. Да уж, кажется, после наведения мостов с Митчелл я был излишне оптимистичен. У нас было практически все, чтобы засадить Гольдберга, но не хватала звена, которое свяжет все это вместе — веского повода для ареста. И найти его необходимо было до того, как меня вышибут из полиции.