Книга Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров, страница 118 – Мария Токарева, Елена Михалёва, Саша Гран, и др.

Но выпустить его ладонь было безумно страшно.

— Тогда давай отправимся на запад, – попросила Яньлинь, склоняясь над ним, прижимаясь лбом к виску и сдерживая подступающие к горлу слезы.

— Как только я стану бессмертным.

Но однажды Лунъян увидел бабочку и бросился за ней. Его ладонь выскользнула из ее руки, и почему-то это было так больно и страшно, что Яньлинь едва не закричала. Но он побежал. А она лишь смотрела, как крохотная фигурка его все отдаляется и отдаляется.

— Когда ты станешь бессмертным, обязательно найдешь меня на западе, – пообещала ему Яньлинь. – Но часть пути тебе придется пройти самому.

Безжизненная рука брата выскользнула из ее ладони.

* * *

Яньлинь не знала, сколько прошло времени, прежде чем она покинула его покои. Не знала, откуда нашла силы закричать: «Советница Бай Ху отравила императора!»

Не знала, как смогла утешить убивавшуюся по мужу императрицу. Как смогла успокоить его сына.

Не знала, как губы ее смогли озвучить смертный приговор для Бай Ху.

— Дозволено ли мне последнее желание? – спросила она, глядя в глаза Яньлинь своими, сияющими, как отполированный обсидиан.

Яньлинь кивнула.

— Тогда я желаю стать тигром Владычицы Запада! – воскликнула Бай Ху и опустошила пиалу с ядом одним глотком.

Яньлинь не знала, как ей достало мудрости мирно править страной еще десять лет, прежде чем со спокойной душой передать трон Дунъяну и удалиться в горы, следуя своему дао.

* * *

— Далеко-далеко там, где заходит солнце, в горах на границе двух стран растет Ласточкин лес. Там живет прекрасная даоска, достигшая бессмертия. Спускается к ней небожитель, что похож на нее, точно родной брат. Османтус там цветет круглый год, и нет персиков слаще, чем те, что растут в ее лесу, – говорила молодая тигрица-оборотень, объясняя матери, зачем спускается с их горы и отправляется в горы другие. – Там вот уже две сотни лет живет Владычица Запада. Я хочу быть ее тигром.

День лениво клонился к закату; Саша, Макс, Том и Хлоя не спеша брели по сонным, нагретым весенним солнцем улицам Маллоу, вдыхали напоенный ароматами цветов воздух, любовались бело-розовой пеной боярышника и рододендронов. Они методично прошлись по всем упомянутым в путеводителе местам, вдоль и поперек обошли городской замок и сад при нем, а теперь возвращались, усталые и довольные, чтобы полюбоваться напоследок местным памятником архитектуры – Домом с часами. Ну и выпить чего-нибудь прохладительного заодно.

«Старую скрипку» друзья увидели сразу, как только подошли к концу Дэвис-стрит: зеленый деревянный фасад, кружевные занавески на окнах, горшки с кудрявыми петуниями, потрепанная вывеска – эталонный образец старого паба, хоть в энциклопедию его фото помещай. Внутри было пусто, если не считать пары пожилых завсегдатаев, что, казалось, давно приросли к скрипучим деревянным стульям. Вторжение чужаков они встретили c демонстративным равнодушием и тщательно скрываемым любопытством, величественно кивнули в ответ на приветствия и снова склонились над выцветшей от времени шахматной доской. Крашеная блондинка за стойкой окинула друзей сонным взглядом, хлопнула розовым пузырем жвачки и продолжила меланхолично тереть стакан пожелтевшим полотенцем.

— Вы, видно, издалека приехали, – заметила она, когда ребята устроились напротив.