Онлайн книга «Судьба играет в куклы»
|
— Але? – мужской голос. — Здравствуй, Артем, это Анна Федоровна Смолич, помнишь такую? — Да. 2018 Ксения — Мам, сиди, сиди, я тебе воды принесу. Иногда я на нее раздражаюсь и потом сама винюсь. Порой мне кажется, что моя бабушка куда моложе и живее душой, чем мама. А после смерти отца так и вовсе… Бабушка меня уговаривает, что я должна быть к ней снисходительна, без отца ей трудно. Да, я знаю. — Вот, – я подаю маме стакан и ставлю на тумбочку бутылку. Мы сегодня ходили в больницу все вместе – и дети, и она. Все старались быть веселыми, развлекать бабушку, но, кажется, от этого все только устали. И бабушка в том числе. Завтра зайду к ней сама. — Ты как, мам? – я подаю ей таблетки, которые она все еще принимает от депрессии. — Ничего, – вздыхает она, – держусь. — Ну и молодец, – я целую ее в щеку и говорю как маленькой: – Давай-ка засыпай, я завтра вечерком после работы и бабушки заеду. — Ну, хорошо, – соглашается мама, – доброй ночи, дорогая, мальчикам привет передавай, совсем они у тебя взрослые. — Передам. Выхожу, плотно закрыв дверь, сажусь в машину и еду домой. Меня встречает Вацлав. И сразу заключает в теплые медвежьи объятия. — Ксень, хорошая моя, – говорит он мягко, гладит по голове, и я сразу все понимаю. Сердце в груди бухает гулко и тяжело. Я отстраняюсь: — Когда? — Позвонили полтора часа назад мне, сказали, что тебе не дозвонились. Я отстраняюсь и достаю из кармана мобильник – да, два неотвеченных вызова из больницы: — Это я поставила на «без звука», была с мамой. — Я так и понял, – говорит он. Мы стоим в маленькой прихожей возле гаражной двери. — Я думала… что еще немного… немного времени есть. — Она как знала, – говорит муж, – вчера всех собрала. — Да, – я киваю. – Она знала. Наверное, знала. А где парни? — Франтишек, как всегда, в городе, а Петер на тренировке. — Ясно. Вечер падает теплыми сгустками тумана на плечи, и время дальше длится и длится… Как оно может идти вперед, когда бабушки не стало? Я рассеянно смотрю в окно – в легкие июньские облака, пытаясь услышать и почувствовать крылатую ее душу, которой теперь легко и не больно. 1982 Ксюша Мы с Вацлавом дошли до его номера в гостинице и уселись – я в кресло, он с ногами на кровать. — Ксенья, ты, может быть, расскажешь, почему важно узнать у моего отца группу крови? – он в недоумении. — Давай сначала дозвонимся и поговорим. Тогда ты сразу все поймешь по нашему разговору и не придется ничего объяснять. — Ладно, – соглашается он. Молчим. — Расскажи мне, чем ты занимаешься в Варшаве, что делаешь? В чем заключается твоя работа? – я спрашиваю, просто чтобы не сидеть пнями и не играть в молчанку. — Хорошо, – соглашается он, понимая, зачем я спросила, – я занимаюсь программированием. Это… Мы говорим на немецком, поэтому он не подбирает слова, а просто рассказывает. И я делаю вид, что слушаю. В аккурат почти ровно через час раздается длинный звонок – межгород. — Привет, отец, – снимая трубку, говорит Вацлав по-польски, – как твои дела? Нет, ничего не случилось, просто кое-кто хочет с тобой поговорить. Да, это Ксенья. Хорошо, – он передает мне трубку. — Здравствуйте, – я начинаю по-немецки, смущаюсь и не знаю, как продолжить. — Можно по-русски, – говорит он, – что-то произошло? — Гм… нет, но… можете ли вы мне сказать, какая у вас группа крови? – я продолжаю по-немецки, специально, чтобы Вацлаву было все понятно. |