Книга Прикованная, страница 63 – Наталия Лирон

Елена никогда не вспоминала этого так чётко и явно, пока не увидела этот брелок сейчас – висящим, как и тогда, на кольце – в руках своей дочери.

— Мам, да что случилось-то, можешь объяснить? На тебе лица нет! – Кира всё больше тревожилась.

— Это я… так, – Елена не знала, что ответить. Сказать, как есть, было невозможно, а на враньё сил не осталось. – Ничего такого, просто примерещилась какая-то ерунда.

— Какая ерунда? – не отставала дочь.

— Да ну, – Елена все смотрела на затертую от времени ёлочную игрушку – уже немного выцветшую, но ту же самую, – это, наверное, от жары. Налей мне воды.

Значит, он знал! От этой мысли становилось муторно и тошно – и совершенно не хотелось в это верить. Значит, он действительно знал, что творит его брат?

— Пойду умоюсь, а то голова чугунная, – сказала Елена. – Не волнуйся, всё хорошо, просто жара. У нас на работе кондиционер так и не починили, вот я и расплавилась к вечеру.

Ей нужно было время. Немного времени, чтобы понять, что делать дальше, чтобы прийти в себя и… Ей не хотелось верить, что этот Глеб – её Глеб – и тот бородатый длинный парень – один и тот же человек. Тот, который видел её тогда одурманенную, тот, кто знал, что его брат воспользуется ситуацией, – и отдал ему ключи. И она не знала, как ей быть с этой открывшейся правдой.

Кира проводила её встревоженным взглядом. Как только Елена закрыла за собой дверь в туалет, входной замок щёлкнул – пришёл Глеб.

— Господи… – прошептала Елена, откручивая кран и пуская воду.

Холод седым покрывалом обнял её, лёг на плечи. Она села на пол, уткнувшись лбом в колени, – ей не хотелось во всё это верить.

— Я этого не помню!

Они снова стояли на кухне.

— Тихо, Киру разбудишь! – Елена встала и закрыла дверь. Обернулась к нему. – Зато я помню. И помню очень отчётливо, к сожалению.

Это был первый раз, когда они ругались. Даже не то чтобы ругались. Пару раз у них были стычки по мелочам, так, житейская ерунда, ничего серьёзного. Сейчас было другое.

— Девятнадцать с половиной лет назад ты дал брату ключи от квартиры, зная, что он приведёт туда одурманенную девушку. – Елена смотрела на него в упор.

— Что ты от меня хочешь, Лен? – Глеб устало моргнул. – Я не помню этого момента. Я устал извиняться за то, в чём не виноват. Я тебе уже говорил – я понятия не имел о том, что творит Дмитрий.

— Как ты вообще тогда узнал, что он даёт женщинам транквилизатор? – Ей хотелось докопаться до правды.

Глеб глубоко вздохнул, видно было, что ему совсем не хочется в этом копаться.

— Хорошо, я расскажу тебе всё. Наверное, рано или поздно ты бы всё равно узнала, хотя… Ладно. – Он сел на широкий подоконник и подтянул к себе ноги, кивнул на стул: – Не стой, это история долгая. Так вот – как обнаружилось? Однажды он попросил у меня помощи для девушки, которую он опоил и ей стало плохо. То ли аллергия на транк, то ли на сопутствующий алкоголь, то ли он просто переборщил – непонятно. Барышню рвало безостановочно, и он вызвал не «Скорую», а меня. Я сказал, что её нужно везти в больницу, но он умолял этого не делать, и тогда я припёр его к стенке: либо он мне рассказывает всё, либо я ухожу и вызываю «Скорую». Так всё и выяснилось. Потом я нашёл у него несколько пачек флунитразепама.

— Когда потом? – Елена слушала внимательно.