Книга Секреты мертвых, страница 104 – Хизер Критчлоу

Сделав в дороге лишь несколько коротких остановок, чтобы размять ноги и сфотографировать красивые виды, они приезжают в деревню под конец дня. Воздух холодный, но заходящее за горизонт солнце еще поблескивает, а прилив достиг высшей точки. Крисси подбегает к самой кромке воды, и Кэл с довольной улыбкой наблюдает за тем, как ловко она пускает по ней камушки.

— Здесь красиво, – говорит дочь, возвращаясь к нему. Джинсы Крис забрызганы соленой водой, а щеки пылают.

— Пошли, я покажу тебе наше жилье.

Крисси приводит в детский восторг выкрашенный в мятный цвет коттедж, с его толстыми стенами и запятнанными морской солью окнами. Кэл отводит ее наверх, в спальню с двумя кроватями и письменным столом у окна, из которого открывается чудесный вид на горы.

Кэл оставляет дочь распаковывать вещи, а сам проходит на кухню, ставит чайник и ждет, когда вода закипит. В этот момент оживает мобильник. Марк сработал быстро. Кэл сразу пишет ответ: «Да! Спасибо, Марк. Я твой должник».

Кэл стоит у окна, глядит на волны и прислушивается к песенке, которую напевает наверху Крисси, раскладывая свои альбомы для рисования. Он осознает: единственное, что можно делать, – это шагать по следу туда, куда он выведет. Кэл не в состоянии изменить прошлое и игнорировать или отрицать факты. И тем более – интерпретировать их иначе, искажать или извращать. В глубине души Кэл это понимает. Просто расследование в одиночку заставляет тебя чувствовать себя его участником, а не сторонним наблюдателем.

Час спустя Кэл отрывает дочь от широкого подоконника в гостиной, на котором она просидела, скрестив ноги, все это время, зарисовывая движение волн, и ведет в паб. Едва они переступают порог паба, Кэла обдает волной жара. Народу в заведении непривычно много. Практически все столы заняты.

— Вечер викторин, – говорит, увидев ошеломленное лицо Кэла, Том. – Мы устраиваем его раз в месяц.

Кэл показывает ему большой палец.

— А я привел сюда дочь… Крисси, это Том.

— Рад знакомству. – Том машет рукой и наливает Кэлу кружку пива, а Крисси – содовую с лаймом. – В задней части бара потише. Есть будете?

— Да. – Кэл хватает меню для Крис, потому что сам он знает его уже наизусть.

— Тогда проходите туда. Я подойду попозже, приму заказ.

Усевшись за стол, Кэл с Крисси прислушиваются к вопросам, которые выкрикивает ведущий викторины под всеобщее брюзжание и перебивающие возгласы.

— У меня к тебе вопрос, – говорит Крисси, пока Кэл потягивает пиво. – О тете Марго.

Кэл замирает. Он старался не думать о сестре. Не просматривать посты онлайн-троллей: все эти нелепые теории и оскорбительные домыслы.

— Я понимаю, папа, сейчас дела обстоят не очень хорошо. Но полицейские нашли Марго. Через столько лет. И это уже что-то.

Кэл пытается улыбнуться дочери, и она продолжает:

— Мне кажется, это надо как-то отметить.

— Мы пока еще не можем похоронить Марго, – слова Кэла звучат так, словно их произносит не он, а деревянный истукан без чувств и эмоций.

— А поминовение? Мы же можем его провести?

Их прерывает Том, он подошел, чтобы принять заказ. И Кэл невольно радуется его появлению – он предпочел бы не обсуждать поднятую тему. Пока. Он вовсе не против поминок. Но ему хотелось бы устроить их как следует: с большим числом гостей, в атмосфере любви, а не ненависти и кривотолков, поднявшихся после того, как кости Марго извлекли из земли. Кэл желает почтить сестру, воздать ей дань уважения. Безусловно, желает. Но церемония поминовения Марго должна пройти идеально. И если честно… Кэл готовился к этому большую часть своей жизни, и он все еще не готов.