Книга Скрытая бухта, страница 91 – Мария Орунья

— Ривейро, – сказала Кардона, – у нас сейчас начнется очень важный конгресс, так что у тебя несколько минут, чтобы задать доктору Барсене все интересующие тебя вопросы об отравлении Давида Бьесго.

Ривейро хотелось подчеркнуть, что это не просто отравление, а убийство, но, учитывая, что времени в обрез, он решил перейти к делу.

— Доктор Барсена, – обратился он к эксперту, спокойно и приветливо смотревшему на него. Глаза доктора были безмятежно голубыми, а густые седые волосы зачесаны назад. – Из вашего сообщения я понял, что убивший сеньора Бьесго яд может быть из тиса. Это так?

— Да, это действительно так. Симптомы очевидны: цвет волос и глаз, rigor mortis, то есть характер трупного окоченения – все свидетельствует об использовании яда. Мидриаз зрачков…

— Простите, что? – перебил Ривейро.

— Расширение зрачка. Зрачки умершего были расширены, губы посинели. Прямо-таки классический случай из учебника.

— Ясно. А как вы пришли к выводу, что это именно тисовый яд?

— Благодаря многолетнему опыту, сержант. Хотя самые быстродействующие и эффективные яды животного происхождения, самые медленные и сложные для распознавания – растительные. Смерть в случае использования последних в целом наступает довольно мягко и почти безболезненно, а ей предшествует что-то вроде погружения в наркотическое опьянение. Однако этот человек умер не так легко: на его одежде обнаружены следы рвоты, а также неконтролируемой диареи, а при вскрытии отмечено сильное воспаление почек и печени, что и стало причиной дыхательной и сердечно-сосудистой недостаточности.

— Но если вы считаете, что тут имел место сильнодействующий, агрессивный яд, то логично предположить, что он животного, а не растительного происхождения?

— Нет. Растительных ядов, действующих так быстро и тяжело, не столь уж много, но они все же есть. Так что если мы убеждены в растительном происхождении яда, то количество вариантов для получения такого сильного вещества значительно снижается, поэтому нам проще установить, о каком конкретно яде идет речь. А чтобы удостовериться, что мы имеем дело с ядом растительного происхождения, достаточно проанализировать содержимое желудка.

— Значит, у вас уже есть результаты экспертизы? – удивился Ривейро.

— А, нет, конечно, они еще не готовы. Вы, разумеется, понимаете, что я подключился к расследованию исключительно по просьбе доктора Мухики, хотя сам уже не работаю в институте и не имею никакого отношения к лабораторным исследованиям. Но я дважды наблюдал, как проявляется действие этого вещества в желудках погибших: тот же цвет, вяжущий запах. Ни с чем не спутаешь. Сеньора Бьесго напоили смертоносным отваром.

— То есть как? Прямо из чашки?! – изумленно воскликнул Ривейро. – Просто взяли и подмешали яд в послеобеденный чай?

— Почему бы и нет, не вижу ничего невозможного. Как бы то ни было, коллега вам уже наверняка сказала, – Барсена кивком головы указал на Кардону, – что окончательные результаты зависят от биохимического и гистологического анализа, в особенности печени. Я просто поделился соображениями, в которых уверен, скажем так, на девяносто девять процентов.

— Неплохой показатель. – Нахмурившись, Ривейро ожесточенно писал в блокноте. – Тогда, с вашего позволения, я попробую структурировать все это, чтобы потом ясно изложить коллегам. Значит… – сержант немного помедлил, словно раздумывая, с чего начать, – если мы предположим, что яд действительно тисовый, где искать исходный материал? То есть, я так понимаю, нужно ведь с чем-то смешать тис, чтобы получить яд.