Книга Скрытая бухта, страница 88 – Мария Орунья

Хана приближается к отелю и вот уже слышит журчание родника или ручья, которого отсюда не видно, она может рассмотреть этот свой новый “дом”, который намного больше, чем казалось издалека. От дороги к отелю ведет короткая, метров в пятьдесят, дорожка, достаточно широкая, чтобы по ней мог проехать автомобиль. На первый взгляд кажется, что в здании только два этажа, восемь окон на верхнем этаже и шесть на нижнем, деревянная входная дверь выкрашена в синий. Однако, приблизившись к гостинице, путник подивится масштабу строения, так как сторона, обращенная к морю, спускается еще двумя уровнями, и то, что поначалу издалека представляется большим идиллическим двухэтажным летним домом, на самом деле четырехэтажное здание, в котором шестнадцать номеров, каждый с видом на море, на нижнем этаже расположены кухня и комнаты для прислуги.

Через дорогу еще три домика, очень простых и скромных, обшарпанных и даже несколько неопрятных, явно принадлежащих кому-то из местных жителей или морякам. За “Голубым домом”, в двухстах метрах, уже у самого обрыва, спускающегося к морю, горизонт разрезают непонятные руины, похожие на старую квадратную башню, три стены которой уже обрушились, а теперь готовится обвалиться и четвертая.

Добравшись до конца тропы, Хана ненадолго задерживается, осознав вдруг, как ей удушливо жарко, как она взмокла от пота и как жалко она сейчас выглядит. Наклонившись, она отряхивает юбку от пыли и платочком, который всегда носит в подоле юбки, утирает с лица пот, пытается привести себя в порядок, собирает длинные волосы в скромный узел.

Когда она вновь поднимает голову, ее взгляд поневоле ускользает от “Голубого дома”, стоящего по правую руку, и теряется в бесконечном пейзаже, столь же величественном, как и дом. Перед ней отвесная скала, к которой сбегаются луга, словно реки, впадающие в море, огромное ущелье, где, будто по волшебству, гаснет зелень травы и растворяется ее аромат, уступая место тридцатиметровому обрыву. Ближе к гостинице неровная поверхность скалы приобретает плавные очертания, переходя в песчаные дюны, растянувшиеся на триста метров, полные поджаренного песка и ракушек. Это пляж Санта-Хуста, без которого, возможно, популярности “Голубому дому” и не видать.

— Правда, красиво? – приводит ее в чувство дружелюбный голос полной женщины лет пятидесяти, наблюдающей за ней с дорожки, что ведет к отелю. – Ты прямо потонула в своих мыслях, я все ждала, когда ты очнешься. – Выглядит женщина крепкой, но уставшей, одета в черное, на ней юбка до колен и блузка с подвернутыми до локтей рукавами. Глаза в сеточке морщинок улыбаются.

— Извините, пожалуйста, сама не знаю, о чем задумалась. – Хана растерянно моргает, возвращаясь в реальный мир.

— Да о чем ты можешь думать, детка, на такой-то жаре! Надо было кого-то за тобой отправить в Убиарко, но у нас тут тьма хлопот с началом летнего сезона.

Женщина подходит к Хане, берет ее под руку и ведет в дом по маленькой дорожке, обсаженной разноцветными гортензиями, разбавляющими яркими красками зелень и синеву пейзажа.

— Ты, конечно же, Хана, тебя прислала моя кузина Лурдес, которая работала с твоей сестрой… как там ее? Клара, нет? – Хана кивает, но женщина не дает ей времени ответить, продолжая: – Я Эльвира, экономка, знаешь, нас тут вообще трое, сама увидишь, но заправляю всем я. – Она приподнимает брови, явно в ожидании соответствующего отношения.