Книга Что скрывает прилив?, страница 32 – Мария Орунья

Валентина поняла, что это Пабло Рамос, паратеннисист международного уровня, который вчера вечером гостил на шхуне. Администратор переговорил с человеком, стоявшим у края корта, и вскоре вернулся на террасу в сопровождении своего собеседника. Это был мужчина лет шестидесяти, невысокий, с ежиком седых волос и загорелым лицом. Морщины на лице походили на карту его жизни.

— Здравствуйте, я Хулиан Рамос, отец Пабло Рамоса, – представился он.

Администратор незаметно ретировался – вероятно, сообщить начальству, что в клуб явилась гражданская гвардия.

Валентина и Ривейро поздоровались с сеньором Рамосом, и тот попросил их подождать, пока его сын примет душ после тренировки.

— Это займет всего пару минут, ему нельзя переохлаждаться, он должен себя беречь. Скоро ему выступать на турнире, нельзя пустить все насмарку. Ведь достичь того, чего достиг он, было непросто.

— Могу представить, – согласилась Валентина. – Пять минут?

— Обещаю. Большое вам спасибо, он скоро будет. Видите, – он указал на Пабло, который уже выезжал с корта, – тренер, который приехал с ним из Барселоны, его проводит. Пабло тут же к нам присоединится.

— Все в порядке, не беспокойтесь… Так ваша семья живет в Барселоне?

— Пабло – да, пару лет как перебрался туда. А мы с его матерью здешние, живем в Сантандере.

— А что побудило вашего сына переехать в Барселону? Теннис?

— Да. Видите ли, мальчик столько перенес. Вы же в курсе? Четыре года назад с ним произошел несчастный случай на горнолыжной трассе, и… В общем, он стал инвалидом, а позже вдруг заинтересовался теннисом, хотя прежде никогда не играл, представляете?

— Никогда не играл? А я полагала, теннис – семейное увлечение и он играет с детства.

— Да какое там! – рассмеялся Хулиан Рамос, как будто одно это предположение его позабавило. – Мы сроду в теннис не играли, только в карты. Вы не поверите, но Пабло в детстве только и знал, что в футбол гонять, говорю вам! Разве что изредка, когда был маленький, помогал мне в столярной мастерской.

— Вы столяр?

— Теперь уже нет, я много лет на пенсии, хотя иногда могу что-нибудь сделать по мелочи. У меня маленькая мастерская тут неподалеку, за площадью Куадро. – Он ностальгически улыбнулся. – Но Пабло, сами понимаете… Он работает в Федерации тенниса Испании и пятый в национальном рейтинге.

— Это же хорошо, разве нет?

Хулиан Рамос пожал плечами.

— Хорошо-то хорошо. Жаль только, что живет он от нас все-таки далековато…

— А почему он не вернется в Сантандер?

— Потому что тут нет представительства Федерации тенниса Испании, – вдруг вмешался человек, сидевший за соседним столиком, – и потому что Юдит была той еще занозой.

Валентина и Ривейро обернулись и с изумлением узнали за солнечными очками и козырьком Василя Раллиса собственной персоной. Кто не слышал об этом легендарном теннисисте! В свои лучшие годы он подавал мяч со скоростью двести десять километров в час и славился мастерскими бэкхандами. Несмотря на то что соперники зачастую превосходили его в атлетизме и скорости, Раллис умел так неожиданно менять ритм игры, что нередко обескураживал противника.

Он снял очки, и на Валентину уставились прищуренные голубые глаза. Раллис с интересом разглядывал следователей, и на его лице отражалось нечто среднее между весельем и любопытством.