Книга Что скрывает прилив?, страница 117 – Мария Орунья

— Вот так серийный убийца! Первое – невозможное преступление, второе – банальное отравление… У нашего отравленного Оливера, оказывается, просто аппендицит. А третья смерть вообще от эпилепсии, а не убийство. Бывает же такое невезение!

— Может быть, это как раз везение, – возразила Валентина с улыбкой облегчения, и не только потому, что Оливера не отравили. Двух связанных между собой убийств хватало с лихвой. – Еще пара таких драматичных совпадений, и Карусо придется делать шунтирование сердца. Но не забудь, что заключение о причине смерти в случае матери Юдит пока предварительное, а не окончательное.

Ривейро кивнул, и Валентина позвонила Карусо, которого сумела успокоить, изложив ему предварительные соображения Иньиго Косты насчет новой смерти. Закончив говорить, Валентина услышала за спиной шелестящие шаги, обернулась и увидела, что к ним направляется Мелания. Лицо у нее было заплаканное, и, будь здесь Сабадель, он бы с трудом ее узнал. Мелания выглядела еще более изможденной, смерть матери совершенно ее подкосила.

Две смерти, вполне вероятно, сделали эту женщину миллионершей, однако сейчас она, казалось, неспособна была увидеть ни проблеска впереди – все заполняла горечь потери и тоска, так хорошо знакомая Валентине. Долгий вздох сотряс хрупкое тело Мелании, словно она собиралась с силами.

— Лейтенант… Насчет моей сестры что-то прояснилось?

— Могу вас заверить, мы делаем все, что в наших силах, но от преждевременных выводов воздерживаемся. Мы известим вас, как только будем иметь больше информации, но расследование идет всего лишь третий день.

— А мне кажется, будто с того дня, когда я в последний раз видела Юдит, прошла целая вечность… – Мелания стиснула у груди руки. – Умчалась на эту свою дурацкую шхуну… Лучше бы тогда она вовсе не заходила домой! А теперь еще и Маргарита, какой ужас! Думаете, ее смерть может быть связана со смертью моей сестры?

— Еще рано что-то утверждать, – сдержанно ответила Валентина.

— Возможно, она покончила с собой.

Валентина и Ривейро переглянулись.

— Почему вы так говорите?

Мелания пожала плечами и подошла к одному из окон, откуда был виден прекрасный парк Маталеньяса и синий Бискайский залив, сегодня особенно темный. Потом медленно, стоя к ним спиной, проговорила:

— Я думаю, она была влюблена в мою сестру.

Валентина замерла. Уже второй человек упоминал, что Маргарита была влюблена в Юдит. На это же намекал вчера вечером Марко Фьоре, когда у него брали показания на Ла-Магдалене. С другой стороны, почему они до сих пор не предположили версию о самоубийстве? Это ведь и в самом деле возможно, но… зачем бы Маргарита выбрала такой ужасный способ умереть, да еще в присутствии десятков чужих людей? Особенно теперь, когда она могла упрочить свое положение в теннисном клубе и освободилась от постоянных унижений со стороны Юдит Помбо? Лейтенанту эта версия казалась маловероятной, но она все же мысленно отметила ее, чтобы задать пару вопросов судмедэкспертам.

— Мы не рассматривали версию самоубийства, но пока и не отвергаем. Хотя она представляется маловероятной.

Мелания повернулась, солнце обрисовывало контур фигуры, женщина казалась вырезанной из картона.

— Маловероятной? Почему?

— Потому что ей не было необходимости лишать себя жизни таким способом, да еще с подобной театральностью. Самоубийцы обычно предпочитают одиночество.