Книга Мастер дальних дорог, страница 111 – Иар Эльтеррус

— Точно снасильничают! — захохотал полковник. — Там каждая соплюшка сейчас с его портретом бегает и страдает от неразделенной любви к вликому Арт Дару. Да о чем речь, ваши морды на каждом углу висят, записи боя в каждом ящике крутят. А уж когда на планете узнали, что я людей в десантную секцию знаменитого «Петрограда» набираю, так такое началось! Никогда еще видал, чтобы на одно место сразу триста человек претендовали. Лучших из лучших! До сражения я едва трех подходящих нашел, а после него и искать не пришлось, сами набежали. Во, глядите, какие орлы! Все до единого эксперты с огромным опытом. И все наши, русские, кроме Ван Линя и Бэй Ганга. Но они в России долго жили и по-русски как мы с вами говорят.

И он с гордостью повел рукой, показывая на десантников, во все глаза смотрящих на экипаж супердредноута.

— Моисей Соломонович, — повернулся к тому Артем, — мне кажется, что Карл Генрихович и его люди имеют право знать правду. Да и невозможно служить на нашем корабле, не поняв, что здесь все не так просто, как кажется.

— Думаешь? — потер пальцами подбородок тот. — В общем, да, люди неглупые, разберутся. Но подписку о неразглашении возьму с каждого. А пока, как действующий инспектор Ринхайда, позволяю сообщить десанту все необходимое для несения службы.

— Инспектор Ринхайда?! — полезли на лоб глаза фон Бревена. — Ты?! Вот старый пройдоха!

— Это еще что, — хохотнул Леонид Петрович, — вчера у нас на корабле сам император вместе с тремя китами гостил.

Артем уже слышал выражение «три кита», но тогда не понял и переспросил, что это такое. Ему объяснили, что русские так прозвали руководителей самых влиятельных служб империи — Ирренара, Таомара и Ринхайда. Те об этом знали, но ничего против не имели.

— Кстати, сразу после того, как восполним расход боеприпасов, расходников и трансуранидов, пойдем давить пиратскую сволочь, — добавил Михаил Иванович. — Его величество попросил пощупать за вымя станцию «Котмайт».

— О! — загорелись гневом глаза фон Бревена. — Давно об этом мечтаю! С тех пор, как они на Ранхире повеселились, твари поганые…

Он сжал кулаки и отвернулся, отчетливо скрипнув зубами. Позже Артему стало известно, что во время нападения пиратов на колонию в системе Ранхир у полковника погибла невеста, служившая военмедиком в местном гарнизоне. Точнее, пропала безвести, подозревали, что девушка попала в рабство. С тех пор фон Бревен стремился выяснить, что с ней случилось, но за прошедшие пять лет так и не сумел этого сделать — станция «Котмайт» оставалась неуязвимой, слишком хорошо была защищена. Работорговцы, наученные горьким опытом, очень серьезно относились к своей безопасности. Ничего, теперь им предстоит столкнуться с мощью супердредноута, и жалеть этих тварей никто не будет — живущие чужой болью и чужим горем не имеют права на милосердие. Да они даже на жизнь права не имеют!

— Так о чем, вы говорили, нам нужно узнать? — заставил себя успокоиться фон Бревен.

— О том, что основная заслуга в победе не наша, а разумного искина по имени Дархон, полного имперского гражданина, — коротко ответил Артем, внимательно отслеживая реакцию десантников на невероятное известие, ведь о разумных искинах в Таоре знал очень мало кто. — Если что, у меня на руках личный императорский указ о предоставлении гражданства господину Дархону за неоценимые заслуги государству.