Книга Мой лифт — Моя крепость, страница 4 – Андрей Проходский, Павел Кабаргов

Я медленно вдохнул носом и так же медленно выдохнул. Когда-то это помогало справляться с мандражем перед соревнованиями. Правда, тогда мне было двенадцать, я весил почти втрое меньше и действительно занимался спортом, а не смотрел ролики о том, как им занимаются другие.

Нос защекотали дорогущие духи, которыми меня обрызгали в магазине. От волнения я уже успел вспотеть, поэтому теперь пах одновременно дорого и подозрительно. Оставалось надеяться, что эти два запаха взаимно уничтожат друг друга.

Я переминался с ноги на ногу, пытаясь найти положение, в котором новые туфли не резали кожу. Такого положения, к моему сожалению, не существовало, зато выглядели они хорошо — намного лучше мягких тапочек, в которых я обычно открывал дверь курьеру.

Лицо прорезала кривая усмешка. Словом «обычно» я себе польстил. При оформлении доставки я специально ставил пометку, чтобы заказ оставляли у двери: без звонков, разговоров и прочего человеческого взаимодействия.

Кстати, о доставке. В рюкзаке за спиной лежал ноутбук стоимостью почти как подержанная машина. Алёна написала, что после основной встречи они хотят устроить небольшой турнир по старым играм, и попросила взять что-нибудь подходящее. Другого ноутбука у меня всё равно не было. Нормальные люди покупали дешёвые устройства для поездок. Я покупал либо самое мощное, либо никакое.

В левом кармане куртки лежал старый перцовый баллончик. Несколько лет назад я купил его, когда решил начать выходить на вечерние прогулки. Прогулки не начались, а баллончик так и валялся в прихожей, пока сегодня я зачем-то не сунул его в карман. Наверное, чтобы чувствовать себя более уверенно.

Лифт мягко дёрнулся. Цифры продолжали медленно ползти вверх.

— Долго ещё? — спросил я вполголоса.

— Почти приехали.

Мужчина снова окинул меня взглядом. Не насмешливо, скорее оценивающе. Хотя какая разница? Я и без него знал, что во мне видят посторонние: лишний вес, пот, неуклюжесть, дрожащие руки и человека, что никогда не смотрит в глаза собеседнику, раз за разом пытаясь увести взгляд в сторону.

Дома таких проблем, конечно же, не существовало. Там я мог по звуку определить, какой кулер в компьютере начало каматозить. Чувствовал ошибки противника раньше, чем он сам успевал их осознать. Мог десять часов вести стрим, поддерживать разговор и одновременно управлять командой.

Правда, зрители не знали, кто скрывается за анимированной аватаркой помидора. Нормальную камеру я не включал ни разу. В интернете я был лишь ником и аватаром. И этого хватало мне с головой.

Андрей Изотов существовал только в документах, банковских приложениях и редких разговорах с людьми, которым требовалось что-нибудь доставить до моей двери. Но именно сегодня Андрюха решил выбраться наружу.

Лифт остановился.

— Ваш этаж, — сказал рабочий.

Двери разошлись. За ними тянулся длинный служебный коридор: кафельный пол, светло-серые крашеные стены, технические двери и пожарные шкафы под стеклом. Никакого мрамора, фонтанов и огромных люстр, которые я видел внизу.

Рабочий вытолкнул тележку, и я вышел следом.

В конце коридора сидел охранник. Не дедушка у шлагбаума, который первым всплывал у меня в голове при слове «охрана», а крепкий мужчина в тёмной форме и бронежилете. На поясе его висела кобура.