Книга Ветвь Корреа. Изменяющие реальность, страница 93 – Герман Рыльский

Рывок, пульсирующий туннель, разряды трескучих молний… Темпоральный лифт выплюнул пассажира, и тот наконец вернулся в собственное тело. Резко, со свистом, вдохнув, Кирилл сел, как человек, проснувшийся от кошмара. Сердце бешено колотилось. Обнаружив, что держит в руках дымящийся нейрошлем, он отбросил его прочь, словно чью-то отрубленную голову. Ударяясь об асфальт, пластиковая сфера покатилась по асфальту.

— Очнулся, надо же! А мы уже и не надеялись!

Кирилл повернулся на голос и увидел Владимира. Здесь, посреди безлюдной дороги на Чемал, собралось всё семейство Березиных, и выглядели они, мягко сказать, взволнованными. За их спинами маячил рыжебородый. Увидев шлем, он вскочил с дорожного ограждения и выставил перед собой секиру. Похоже, глава «Алтай-Дара» всё ещё поддерживал защиту, делавшую их невидимыми, но принесённый из будущего предмет выкатился за пределы карманного измерения.

— Я побывал в будущем, – сказал Кирилл, поднимаясь на ноги.

— Этот предмет, – Березин указал на нейрошлем, – оттуда?

— Да.

— Что вообще произошло? Мы видели, как японка вскрикнула и пропала. Надо отдать должное её напарнику, он сильно удивился, но пост не оставил.

— Она не японка и тем более не мастер боевых искусств, – поморщился Кирилл, – обычная русская девчонка, которая фанатеет от ниндзя и аниме. А это её нейрошлем.

— Даже так? – Владимир вскинул бровь.

— Именно. Когда я прикоснулся к чужому аватару, меня затянуло в игру, а оттуда выбросило в будущее Земли-Прайм. Я оказался в обычной комнате и там увидел, с какими людьми работает Братин.

— Ты снял с неё шлем? – догадался знахарь.

— Конечно. Я хотел допросить её, но, кажется, теперь нам нельзя соприкасаться ни в игре, ни в реальном мире. Темпоральный лифт засосал меня, как пылесос муху, и вот я здесь.

Березин, явно довольный, что врагов стало меньше, а ряды союзников не поредели, усмехнулся:

— Как пылесос муху? Теперь я верю, что ты настоящий писатель, а не самозванец… Кстати, хотя на нейрошлеме нет рогов, наш Эрик Рыжий^[6] собирается его подобрать.

Действительно, бородач присел на корточки возле шлема, но пока что не решался к нему притронуться, словно эта вещь несла на себе проклятие. Косматые брови наёмника сошлись над переносицей, пальцы барабанили по рукояти секиры. Происходящее ему определённо не нравилось.

— Я разберусь, – сказал Кирилл и прежде, чем кто-то успел возразить, покинул карманное измерение.

Увидев человека, за голову которого Братин платил деньги, Викинг вскочил на ноги. Лезвие секиры выписало в воздухе хитрый вензель, похожий на схему морского узла.

— Не советую размахивать этой штукой, – сказал Кирилл, постаравшись, чтобы голос звучал спокойно. – Одна уже доразмахивалась.

— Чего? – зарычал убийца.

— Этот нейрошлем принадлежит твоей подружке. Я воспользовался Темпоральным лифтом и перенёсся в её квартиру. Кстати, тот ещё свинарник.

— В будущее, за фронтир времени? Это невозможно, – пробормотал рыжебородый, сверля противника подозрительным взглядом. – Ты сочиняешь.

— Уверен? А куда, по-твоему, она исчезла, вышла попудрить носик? И откуда взялась эта штука? – Матюшин указал на нейрошлем.

— Что ты с ней сделал?

— Отрубил голову. Не в игре, а в реальности, на Земле-Прайм, – словно в доказательство собственных слов Кирилл начертил пальцами знак молнии. Над асфальтом вспыхнула голограмма. Самурайский меч в потёртых ножнах лежал на своём месте, в длинной ячейке, и медные монетки никуда не делись.