Книга Ветвь Корреа. Изменяющие реальность, страница 15 – Герман Рыльский

Девушка без особого аппетита ела сдобренную соусом терияки лапшу, запивая её крепким кофе. Вечером заряд кофеина требовался ей сильнее, чем утром, потому что её рабочие часы начинались после девятнадцати и длились примерно до полуночи. Трапеза проходила в давящей тишине, и казалось, что в жилищном комплексе «Грибоедовский», вмещавшем тысячи квартир, не осталось живых существ, кроме Розы. Несмотря на выходной день (сегодня была суббота), за стенами никто не топал, не играл на музыкальных инструментах и не включал колонки, словно ЖК вымер. На самом деле тишина объяснялась просто – большинство соседей лежали без движения в креслах или кроватях, надев нейрошлемы.

Отец рассказывал, что первый глобальный эксперимент по принудительной изоляции населения планеты был проведён в далёком две тысячи двадцатом году, ещё до эпохи Нейросетей. Тогда социальное дистанцирование казалось чем-то невиданным и пугающим, а карантин – спланированной акцией, уничтожающей основы общества и экономику. Но те, кто на тот момент стоял за кулисами и решал, каким будет это самое общество, прекрасно знали, что делают, и просчитали всё на много десятилетий вперёд. Сейчас, в 2074 году, жители мегаполисов практически не пересекались между собой, общаясь в виртуальном пространстве, играх наподобие «Юдоли Искателей». Отец Розалинды, Андрей Иванович Прозоров, считал, что всё это ведёт человечество к неизбежной гибели. Он был из числа тех немногих, кто считал виртуальные миры чистым злом, греховным соблазном. Глубоко верующий человек, он объяснял появление ИИ с точки зрения религии.

«Князь Тьмы воцарился над миром, когда люди добровольно надели на себя эти проклятые шлемы. Искусственный Интеллект, имеющий множество механических бездушных тел, – это богомерзкое творение Сатаны, и ничего больше. Под маской ИИ скрывается Антихрист, любимое детище Люцифера!» – так говорил Андрей Прозоров. Поэтому до шестнадцати лет у Розалинды не имелось нейрошлема, зато было множество книг – как религиозных, так и художественных. Андрей Иванович ухитрялся находить бумажные издания, обмениваясь с другими энтузиастами, считавшими, что «раньше было лучше». Кроме книг и журналов отец коллекционировал и другие артефакты из прошлого. В квартире Прозоровых хранились кое-какие запрещённые законом предметы. «Надеюсь, никогда не пригодится», – говорил Андрей Иванович, притаскивая домой очередной «экземпляр».

Лишённая доступа к «Юдоли Искателей» и прочим популярным играм, Розалинда не чувствовала себя ущемлённой или обделённой. Она верила отцу, принимала его картину мира и запоем читала книги, которые он приносил. «На страницах книг спрятана истина, – учил он. – А виртуальная реальность, созданная Нейросетью, – это обман и ловушка. Это самое хитрое изобретение дьявола. Мы не должны поддаваться на обман Врага». Одним из любимых писателей Розы являлся знаменитый отечественный фантаст Кир Матов, ещё в начале двадцать первого века предсказавший многое из того, что сейчас воплотилось в реальность. А именно тотальный контроль государства над личностью, бессилие человечества перед Искусственным Интеллектом, уход общества в вымышленные миры, повальная безработица и нищета, вызванная автоматизацией производства. Можно было подумать, что без нейрошлема (самая важная и нужная вещь в доме любого современного человека) юная Роза не могла нормально общаться со сверстниками. На самом же деле общения ей вполне хватало в церкви. Андрей Иванович и Розалинда являлись прихожанами местного храма Успения Пресвятой Богородицы, что располагался на берегу Васильевского острова.