Книга Ветвь Корреа. Изменяющие реальность, страница 122 – Герман Рыльский

Писатель и геймерша зашли в подъезд высотного здания, торчавшего из нагромождений мусора, словно нос затонувшего корабля из морской пучины. Крошка освещала путь фонариком, Кирилл шёл за ней и считал этажи. Не считая первых четырёх, их оказалось двенадцать. Свалка и подземный штаб Дьяволов остались далеко внизу.

— Нам сюда. – Крошка отбросила квадратную крышку люка и скрылась из вида.

Матюшин последовал за ней и оказался на крыше небоскрёба. Свежий порыв ветра ударил ему в лицо и растрепал волосы. Было достаточно светло; писатель огляделся в поисках источника света и замер, словно увидел призрак, – половина горизонта светилась сказочным электрическим светом, сверкающие башни вонзались в чёрное небо, подобно острым ледяным иглам. Когда-то – казалось, что в прошлой жизни, – он любовался теми же огнями, только в собственном воображении, когда писал «Неоновые джунгли». Теперь небоскрёбы и вывески были совсем близко, рукой подать, и при этом он сам находился на вершине такой же башни, только заброшенной и тёмной.

Крошка взяла Кирилла за руку и подвела к краю крыши. Некоторое время они молча смотрели на удивительный ореол света, затмевавший звёзды.

— Тебе здесь нравится?

Писатель кивнул. Он чувствовал себя так, словно грезил наяву, но не мог выразить это состояние словами.

— Конечно, ведь я сам придумал этот мир.

— Я никогда никого сюда не приводила. Ты первый. – Крошка села на бетонное ограждение и свесила ноги в бездну. Кирилл, помедлив, опустился рядом. Почему-то двенадцать этажей внизу не пугали его, а рождали в груди удивительное ощущение свободы. Возможно, помогало осознание того, что всё вокруг лишь иллюзия.

— За такое стоит сражаться, – сказала Крошка.

— Спасибо, что показала мне это.

Крошка оторвалась от созерцания башен и бросила на Кирилла внимательный взгляд.

— Давно собиралась задать тебе один вопрос… Розалинда для тебя больше чем друг?

— Что? – писатель нахмурился, искренне не понимая, к чему ведёт девушка-механик.

Неожиданно лицо Крошки оказалось ближе, чем это требуется для разговора. В её тёмных глазах отражался свет городских башен, чуть приоткрытые губы влажно блестели. Кирилл ощутил её прерывистое горячее дыхание и поднялся на ноги.

— Крошка, ты что, прикалываешься?

— А что такого? Игра не запрещает поцелуи и всё, что не попадает под определение «традиционный секс». Мы с тобой могли бы запросто…

— Не здесь и не сейчас, хорошо? – отрезал Кирилл. – Вот честно, учитывая всё происходящее, сейчас это вообще не к месту.

Крошка поднялась на ноги.

— Придурок. Ты в курсе, что всё испортил?

— Ну, прости!

— Вообще не умеешь веселиться!

На базу они вернулись в молчании.

* * *

После драки на внутреннем дворе Тень сообщила, что внушение состоялось и теперь всё зависит от того, как скоро обработанный ею охранник будет дежурить в их блоке. Это случилось вечером того же дня.

Как обычно, в камерах выключили свет. Камеры начали понемногу пустеть – игроки, застрявшие в квесте, отключались от «Битвы за Неон».

— Не будем выходить из игры, подождём, – сказала Тень.

Ира-Искра и Кристина некоторое время болтали на обычные геймерские темы, но спустя минут двадцать замолчали. Розалинда уже дремала, когда в замочной скважине заскрежетал ключ. Ещё ни разу в жизни ей не доводилось наблюдать такого беззвучного переполоха – девушки, путаясь в простынях, повыскакивали из постелей и окружили эм-пи-си. В одной руке он держал связку ключей, а в другой – фонарик для обходов. На плече у него висела туго набитая сумка.