Книга Гимн шута 14, страница 40 – Антон Федотов

— Юрий Николаевич, — вздохнул Павел. — После твоей отставки прошло не так много времени. Всего полтора десятилетия. Именно тогда ты начал строить свою первую компанию.

Ответом клановцу стал твердый немигающий взгляд.

— Допустим, продолжайте, пожалуйста, — ровно произнес гость микроавтобуса.

Лицо собеседника превратилось в каменную маску — не метафорически, а буквально: мышцы застыли в полной неподвижности, какие бывают только у трупов или у людей, прошедших специальную тренировку по контролю мимики. Молодой человек прекрасно знал этот признак. В учебниках по психологии безопасности это называлось «внутреннее напряжение, близкое к критическому». На языке специалистов вроде переговорщика с позывным «Пузо» — «предвзрывное состояние».

— Давай признаемся честно, — вздохнул парень. — Да, работу можно назвать успешной. Однако звезд с неба ты не хватал.

Лицо собеседника помертвело еще больше. Вот этого разговора он точно не ожидал. Хотя и предполагал, что однажды проблема встанет перед ним в полный рост.

— Рывок произошел четыре года назад, — продолжил Волконский. — Можно было бы счесть, что «количество перешло в качество» или тебе «наконец-то стало везти». Но я решил разобраться.

Несколько секунд Павел помолчал, давая собеседнику оценить ранее сказанное.

Судя по тому, как заледенел его взгляд, тот быстро приходил к нужным выводам, уже прекрасно оценив, куда именно ветер дует.

— Что из этого следует? — глухо рыкнул Тюфякин.

Сейчас речь шла о безопасности родни.

— Мой аналитический отдел пришел к выводу… — негромко начал Волконский, наблюдая, как мужчина перед ним не то чтобы расслабился, а скорее сник, словно из него вынули невидимый стержень, на котором держалась вся его уверенность. Его плечи опустились на сантиметр, но этого было достаточно, чтобы понять — защита прорвана.

«Неужто и впрямь кинулся бы, если решил, что я единственный носитель опасного для его Рода ныне знания?» — без особого удивления отметил метаморфозу парень, продолжая плести словесные кружева, в которых куда важнее был успокаивающий монотонный голос, чем смысловое содержание. К однозначному ответу клановец не пришел.

— Я спокоен, — хмуро буркнул мужчина через несколько секунд.

— Рад, — столь же лаконично бросил в ответ Волконский.

Юрий Николаевич на дальнейший монолог размениваться не стал. Лишь рукой повел. Мол, продолжай.

— Итак, как я уже сказал, — вздохнул Павел. — Мой аналитический отдел пришел к выводу, что качество управленческих решений в твоих коммерческих и производственных структурах возросло едва ли не на порядок.

Собеседник молчал. Такие вещи он подтверждать не собирался. Нет, если разговор дойдет до сути, то и отпираться мужчина не станет. Просто потому, что не имеет значения, как именно обстоит дело, куда важнее, как его видят крупные игроки. Однако пока еще не произнесено главное, у Тюфякина всегда оставался шанс, что собеседник окончательный и опасный для всей его семьи вывод не сделал.

— Четыре года назад всё изменилось, — повторил молодой человек, наблюдая, как зрачки собеседника сужаются, словно диафрагмы камер. — «Количество в качество»? Или… Инна Михайловна?

Большего уточнять смысла не имело. Равно как и дожидаться ответа. Все, что нужно он уже прочел по лицу собеседника. Однако неожиданно даже для себя самого, молодой человек бухнул: