Книга Гимн шута 19, страница 93 – Антон Федотов

Однако судьба распорядилась иначе.

— Придется импровизировать, — себе под нос буркнул «небожитель», привычно открывая программу для вызова такси. — Кролю тоже отбой.

Уже через десять минут молодой человек стоял возле яркой вывески небольшого бара.

— Хм, — решил парень, одергивая легкую ветровку.

Заходить он не спешил. Потратил минут пять на изучение пространства. Но никакого присутствия ИСО не обнаружил.

Конечно, императорская служба охраны — не дети. И умеют работать тихо. Однако чтобы вообще никаких признаков… Даже если цесаревич еще не прибыл, «охранка» должна была уже с утра «шерстить» район.

— Не к добру, — отчего-то решил Волконский.

Парадоксальным образом, стало почему-то легче.

— Ну и видок, — попробовал молодой человек еще раз.

И впрямь явиться на «прием» к сюзерену в черной футболке и летней вариации легендарной армейской куртки М65 — тот еще выбор. Вот только цесаревич ему времени на переодеться не оставил.

Впрочем, уже через минуту молодой человек осознал, что волновался зря. Долгорукий и сам предпочел джинсы и простое черное поло. Да и обнаружился он вовсе не в деловом кресле собственного кабинета, а на нарочито грубо сколоченной скамье перед одним из столиков. Перед ним красовались две кружки пенного и огромного блюда с ассорти из всяческих закусок.

— Присаживайся, Павел Анатольевич, — предложил Долгорукий и подвинул молодому человеку одну из кружек.

Волконский отказываться не стал. Да и ко времени угощение было, если четно. Он за последние дни достаточно вымотался.

— Как состояние Елены Витальевны? — первым делом поинтересовался сюзерен.

Клановец напрягся. Скользкий вопрос. Когда после «срыва» Кошкиной он взял перед императорской семьей ответственность за девушку, главным условием ее освобождения из «казематов» была… «тишина». И результативность родового НИИ.

Со вторым пока все было «тихо». Ну о каких результатах можно говорить на стадии запуска исследовательского центра? А вот с первым вопросом… Шум поднялся. Достаточно только посмотреть, с какими лозунгами толпа протестующих беснуется возле КПП «РитРос»…

— Константин Дмитриевич… — начал было Волконский.

— Не стоит, — поднял ладонь цесаревич. — В вопросе нет двойного дна.

Молодой человек осекся, но тут же собрался.

— Стабильное тяжелое, — коротко ответил он. — Прогноз положительный.

Волконского в палату не пустили. Реанимация — вовсе не место для «случайных» посетителей. Даже если они носят фамилию Великого клана.

— Надо будет навестить.

— Кхр-р-р… — поперхнулся опричник.

Давненько Волконского ничто ТАК не выбивало из колеи. Коротко откашлявшись, он автоматически схватил кружку и сделал большой глоток.

— Павел Сергеевич, мне не нравится, когда кто-то теряет страх настолько, что устраивает боевые действия на территории протектората императорской Фамилии, — просто объяснил сюзерен.

«Эй, это моя роль!» — мысленно выдохнул Павел. Он как-то привык сам превращать шахматную партию в прием «Ухи! Ухи-ухи!». А не «получать под дых», стараясь угнаться за ускользающими от его понимания «правилами игры».

С другой же стороны… Молодой человек понимал, что особого дела сюзерену до здоровья его женщины не было. Он просто наводил порядок. На территории интересов Долгоруких власть имеет лишь императорская Фамилия.