Книга Гимн шута 19, страница 114 – Антон Федотов

Продолжить разговор удалось минут через пять.

— Что происходит, Паша? — серьезно спросила девушка, едва вновь обрела «свободу».

Клановец сел на диванчик рядом с ложем Лены. Но отвечать не торопился. Около минуты он дал себе на размышления. Однако все равно не решил, с чего начать.

— Где именно? — наконец переспросил он.

Несколько секунд целительница рассматривала сюзерена. «Не издевается», — решила девушка. А потому проглотила довольно… эмоциональный вопрос.

— Я про сегодня, — почти ровно уточнила суть претензий она.

Молодой человек вздохнул. Если честно, молодой человек надеялся, что Кошкина еще не знает об инциденте.

— Ты шутишь? — возмутилась девушка в ответ на невысказанный вопрос.

Павел приподнял бровь.

Целительница демонстративно покачала головой, доставая комм.

— Посмотри, — предложила она, выводя на экране список вызовов.

За те тридцать минут, что понадобились Павлу на дорогу, Кошкина дважды успела переговорить с Катериной… А через миг взгляд Волконского «споткнулся» о вторую строчку: один входящий от сестры.

— Что это было? — строго спросила Лена, поражая скоростью своего восстановления.

Всего четыре часа назад она лежала в медикаментозной коме, а теперь довольно страстно отстаивала неправоту сюзерена.

— Подними меня.

Клановец поднялся и подошел к изголовью высокотехнологичного ложа. Как им пользоваться, он прекрасно знал. В медицинском крыле Волконских были установлены такие же. Только чуть проще. Здесь же… Герман Адольфович правильно понял просьбу Павла не экономить на медицинских расходах. А потому уже через секунду верхняя часть кровати начала подниматься.

— Достаточно… — попросила девушка, едва спинка замерла на сорока пяти градусах. — Так зачем ты поперся в толпу этих ублюдков? Логичное объяснение есть?

Павел медленно и отчего-то печально кивнул.

— Логичное есть… — решил он и принялся рассказывать. — Проверка систем электронной борьбы путем появления в активной зоне датчиков ложной цели, а так же…

— Сам-то веришь?

В голосе Лены осуждения не было. Практически. И звучал он как-то очень по-доброму.

Молодой человек ответил не сразу.

— Не очень, — наконец решил парень.

— Так что случилось на самом деле? — поинтересовалась Кошкина.

— Я сорвался, — впервые признался Павел. — Поддался эмоциям.

Несколько секунд целительница молча рассматривала сюзерена.

— Хорошо, — решила она наконец.

Понимание, что больше пока на эту тему говорить они не будут, пришло тут же.

Несколько секунд Лена размышляла.

— А ты чего с пустыми руками пришел⁈ — вдруг возмутилась она.

Волконский задумчиво почесал висок. Да, он не принес с собой груду пакетов. Просто привязал больничный терминал к своей карточке. Так что Лена могла наслаждаться всем что угодно, просто того пожелав.

— Хотел принести цветы, — развел руками он. — Но мне запретили. Отобрали на входе. Уж не знаю, кому тут Герман Адольфович хвосты накрутил, но проверили меня не хуже, чем на КПП в Кремле.

Взгляд Лены тут же сменился на капризно-скучающий. Метаморфоза произошла столь резко, что Павел едва с дивана не съехал.

— А-а-а, — протянул он. — Тебе просто хочется покапризничать?

— Да, — довольно кивнула Кошкина, и тут же объяснила. — Тут скучно. Заняться совершенно нечем. Меня даже планшета лишили.

— Звери, а не люди, — «серьезно» подтвердил молодой человек.