Онлайн книга «Новая фантастика 2026. Антология №10»
|
Шаг. Шаг. Скрип-скрип. Если сил хватит дойти до дальней вязи, то не выберется потом оттуда холку, ослабнет там, ссохнется, уйдет в гнилую воду. Только бы дойти, выдюжить бы. Шаг. Шаг. Идет Ирема, ноги проваливаются в мягкие мхи, сам по колено в стылой черной жиже, расползается перед ним лес, горбиться пригорками, ломается ветками, хрустит сухой корой. Туман ползет за Иремой следом, а из тумана рогатая шапка торчит. Тяжело Иреме. Слабо ему. Грудь огнем полыхает, ногу не чувствует совсем. Близко смертушка, ровнехонько она уже идет, по одной тропочке. Как бы не упасть раньше времени. Не сцапала бы смертушка его раньше времени. Малка ему виделась. Ручки тонкие порхают. Голова-головушка – белым зайчиком, птичкой белой промеж елок, то там, то тут. Смех-ручеек бежит. Беляночка моя, Малка моя, Малочка. Подумает Ирема о дочери и откуда только силы берутся. Шаг. Шаг… …Много прошло лет. Упали горы. Прилегли к самой земле. И разросся там, где Ирема погиб, лес. Распустился в том лесу камень самоцвет неведомый, каких не видали еще в тех краях. И во всем мире не видали такого… * * * После жесткой посадки модуль дрожал. Как животное после погони. Такая аналогия показалась Силину забавной. Он прижал ладонь к обшивке, ловя эту мерцающую дрожь. Модуль – живой, спору нет. Думать так было одновременно глупо и правильно. Думать так было суеверие. А для космонавта суеверие штука важная. Если не сказать архиважная. Главное, на медкомиссии об этом не трепаться. — Интересно, бежали мы за кем-то или от кого-то? – прошептал он. — Юра, как чувствуешь себя? – тут же прорвался, зашумел в самое ухо голос. Следом – помехи, дребезжание, гул. — Силин, доложить по форме! – прочистил эфир второй голос. Четкий и главный. — «Урал-2», посадка прошла успешно. Приступаю к выполнению задачи. Силин высвободился из спецкресла, пять раза присел, потянулся, разгоняя кровь, разминая отекшие мышцы, после проверил штатную работу приборов, задал программу, запустил в работу с десяток дронов – некоторые, правда, тут же отказались эту самую работу выполнять, один так вообще стал долбиться в наружный люк, будто нагулявшийся кот, прочие же деловито расползлись по поверхности Эстель. Силин наблюдал за обстановкой на поверхности по камерам самих же дронов – камер на обшивке или обзорного иллюминатора, да даже самого завалявшегося иллюминатора, у модуля не было. Эстель оказалась планетка с характером. Чужих не любит. Обломает и камеры, и бока намнет. Мама не горюй! К кораблю относимся как к живому существу, планеты наделяем характерами, подумал Силин. Это в нас что-то древнее отдается, что-то такое… Сформулировать он не успел. Запищал медицинский лаб, сигнализируя – готов внедрять чип. Силин снял комбинезон и влез в узкое ложе лаба. Ложе наполнилось вязкой жидкостью. Жидкость быстро загустела так, что Силин едва мог шевелиться. Манипуляционные щупы он еще чувствовал какое-то время, но потом неприятные ощущения исчезли, и Силин заскучал. А как заскучал – стал считать овец, которые прыгают через оградку. Овцы в его воображении почему-то непременно кричали в прыжке. А когда считать ему надоело – сама операция по внедрению чипа была скорой, но нужно было дать чипу время внедриться, организму этот чип принять, свыкнуться с ним, синхронизироваться, – так вот когда ему надоело считать овец, он стал читать про себя стихи. |