Книга После развода. Курорт для бывшей герцогини, страница 132 – Диана Фурсова

Эстелия чувствовала рядом Рейнара.

Он не говорил.

Никто не двигался.

И тогда над горой появился круг.

Не свет.

Не пар.

Сначала Эстелия решила, что видит просвет между облаками.

Идеально ровное кольцо тёмного воздуха.

Потом его край стал белеть.

По кругу прошёл серебряный оттенок.

Золотой.

Зелёный.

Синий.

Перламутровый.

Бело-лиловый.

Шесть цветов собрались на мгновение и растворились, оставив прозрачное сияние.

Сверху донёсся звук воды.

Глубокий.

Чистый.

Не похожий на шум остальных источников.

Скорее на то, как большой подземный поток наконец находит открытое русло.

Бран схватился за каменное ограждение.

— Работает.

— Это точно он, Бран?

Он повернулся к ней.

Глаза старого смотрителя блестели.

— Сам не видел. Дед рассказывал… Я уж думал, не дождусь.

— Что он рассказывал? Как это было?

— Седьмой не даёт цвета.

Эстелия посмотрела наверх.

Прозрачное облако разрасталось.

— Но ведь все остальные цветные.

— Он их всех собирает. Потому и своего цвета нет.

Теперь она поняла знак.

Пустой круг.

Не отсутствие символа.

Место для всех шести.

В этот момент дворец изменился.

Не стены.

Не крыши.

Камень не стал новым, трещины не исчезли, заколоченные окна не открылись сами собой.

Но по фасаду прошёл свет.

Тонкие линии проступили там, где Эстелия раньше видела лишь старую резьбу.

Семь облаков над главным залом засветились один за другим.

В восточной галерее зажглись каменные вставки под арками.

Где-то в закрытой части дома отозвался старый колокол.

Один удар.

Второй.

Третий.

И над центральной башней начали собираться облака.

Настоящая корона.

Семь полос пара поднялись от источников, сошлись над крышей и замкнулись вокруг самой высокой башни широким сияющим кольцом.

Серебро.

Золото.

Зелень.

Синий свет.

Перламутр.

Бело-лиловые крылья.

И прозрачная седьмая полоса, удерживавшая остальные вместе.

Люди во дворе ахнули почти одновременно.

Кто-то заплакал.

Кто-то засмеялся.

Дети закричали от восторга.

Эстелия не слышала отдельных голосов.

Она смотрела на дом.

В день приезда он казался усталым.

Забытым.

Почти мёртвым.

Теперь над его башнями стояли семь облаков.

Не скрывали разрушения.

Не притворялись, что последних десятилетий не было.

Просто показывали: он снова жив.

Рейнар подошёл ближе.

— Эстелия.

Она повернула голову.

— Я вижу. Посмотрите, что с башней…

— Эстелия, седьмой ключ. Теперь можно проверить.

Ей понадобилась секунда.

Потом ещё одна.

Семь источников.

Каменная дверь.

Внутренний архив.

Первая грамота.

Суд завтра.

Вот теперь она побежала.

Тесса догнала её у лестницы.

— Подождите меня! Я тоже иду.

— Я не собиралась.

— А оглянуться вам в голову не пришло?

— Прости. Хотела первой добежать.

Бран шёл следом.

Терен уже оказался впереди, хотя Эстелия понятия не имела, где он был в момент пробуждения источника.

Рейнар спускался рядом.

— Стойте, — сказал он у входа в старую канцелярскую комнату.

Эстелия остановилась.

— Что ещё случилось?

— Архив под охранным режимом. Вы помните?

Она закрыла глаза.

Конечно.

Внутренний архив оставался под защитой распоряжения канцлера.

— Мы не будем взламывать дверь.

— Для суда важно, чтобы это было зафиксировано.

— Если ключ теперь повернётся без усилия…

— Всё равно это будет открытие архива.

— Но мы ведь ничего не ломаем. Вы понимаете разницу.