Книга Конец света состоится при любой погоде, страница 26 – Елена Архипова

Жутко было донельзя. Безо всякой страховки я сидела на мокрой крыше, позой своей напоминая одну из химер Собора Парижской Богоматери, а до земли было ещё пять этажей. И только тут мне пришло в голову, что мои альпинистские потуги были сплошной глупостью: в большей безопасности я могла бы сидеть и в квартире, ожидая ареста, потому что ещё одного куска верёвки у меня с собой не было, и дальше спускаться я не могла. Полицейские выломают дверь, глянут с лоджии и оборжутся, обнаружив меня сидящей, как клуша, на коньке пристройки. Снять меня отсюда будет лишь делом времени и техники. Ну не дура ли?!

Но судьба вела меня. Наконец-то придя в себя, я засунула нож в сумочку и коротенькими перехватами рук начала смещаться вдоль конька к лоджии ближайшей квартиры пятого этажа. Каблуки предательски разъезжались в стороны, и – несмотря на ночную прохладу – я вся вспотела, прежде чем уцепилась за ограждение открытой лоджии и тихо влезла внутрь. Подошла к окну квартиры и, расплющивая нос о стекло, напряжённо всмотрелась вглубь. В комнате было темно. Дураки, лазящие по крышам, тут точно не проживали. Я решилась и негромко костяшками пальцев постучала о стекло, затем ещё раз.

Несколько мгновений ничего не происходило. Потом во мраке обозначилось большое белое привидение. Оно приблизилось к окну и оказалось крупным пожилым мужиком в майке-алкоголичке. Сначала он вглядывался настороженно, потом угадал во мне женщину, отчаянно машущую руками, как сурдопереводчица в теленовостях. Клацнула защёлка, и балконная дверь отворилась. Мужчина был незнаком мне, да и вообще в нашем доме как-то не принято было брататься с соседями.

— Извините, пожалуйста… – умоляюще прижимая руки к груди, горячо зашептала я. – Тут такая история приключилась… Я – сверху… Разрешите выйти через вашу квартиру!

Мужик недоумевающе возвёл глаза к небу, потом одобрительно хмыкнул, видимо, приняв меня за чью-то любовницу, спасающуюся бегством от разъярённой жены:

— Ну ты даёшь! Пошли – проведу, только тихонько, а то ещё и мою дуру разбудишь.

Держась за плечо своего нежданного спасителя, я, как радистка Кэт, доверчиво прокралась за ним через спящую квартиру и благополучно выбралась на лестничную площадку двумя этажами ниже моего. Иван Сусанин, запирая за мной дверь, в награду за услугу пребольно ущипнул меня за зад. Пальцы у него были ухватистые, как металлические прищепки, и, спускаясь до самого низа, я, морщась, потирала попу. Далеко вверху лупили в дверь и орали совсем уже не по-детски, надеясь извлечь засевшую в квартире преступницу. На первом этаже я прильнула к двери холла и, приоткрыв её на толщину бритвенного лезвия, осторожно выглянула.

Крепкий высокий парниша в полицейской форме, держа наизготовку резиновую дубинку, беседовал с охранником. О чём – было не разобрать, но, похоже, оба блюстителя были неплохо знакомы, улыбались и хлопали друг друга по плечу. Потом полицейский пошёл к выходу из подъезда, а наш охранник, оказывая ему своеобразный знак почтения, поскольку в иерархии находился ниже, проводил патрульного до дверей и даже нахально стрельнул у него сигаретку.

Длилось всё какие-то секунды, но этого времени хватило мне для того, чтобы проскользнуть в помещение охранника и свернуться клубочком под столом. Воняло в будке просто отвратно – застарелым никотином и почему-то прокисшей спермой, но мне было не до изысканных обонятельных ощущений, потому что шаги слышались совсем рядом. Следом за звуком в каморку вошли и остановились прямо передо мной сапоги на высокой шнуровке из спецназовской экипировки, предмет вожделения всех раздолбаев, просиживающих свои камуфляжные штаны на вахтах учреждений и в подъездах, подобных нашему.