Книга Научи меня верить, страница 70 – Елена Архипова

И Александра не отпускало чувство, будто нарочно они свой визит в этот день запланировали. В подтверждение его догадки было то, как Агнесса внимательно смотрела на него, и то, как принюхивалась, тянув носом в его направлении.

Напрасное, кстати, подозрение. Он вчера, как и полагается, выпил рюмку за упокой души Ядвиги. Но выпита она была за поминальным столом и всего одна. Канули в лету те времена, когда они с Герычем и Пашкой могли по одной бутылочке на брата уговорить.

Не тот вчера повод был, чтоб старые времена вспоминать. Хотя, справедливости ради, не ожидал Александр того, что и Герберт, и Павел будут на похоронах.

Были. Поддержали.

И поминальную рюмку поднимал с ним. Хоть и не знали они Ядвигу лично, но пришли, уважили. Похоже, оба знали, кем она ему приходилась. Как знали они и о том, какую она ответственность на Александра взвалила.

Представители органов во главе с Агнессой позвонили в дверь его дома ровно в девять утра. Девять, зараза, утра! В субботу.

Нормальные люди даже еще не просыпаются в это время после рабочей недели, а эти и сами проснулись, и за город уже доехали. И все ради «благой» цели: подловить опекуна на горячем. Не важно, на каком, главное – подловить.

Александр, будучи совой, уже, конечно, не спал, но еще и не проснулся толком. Не спал по причине того, что слышались тихие голоса детей и Марии. Раздавались они с кухни, как, впрочем, и ароматы еды.

— Считается, что в первые дни после смерти душа остается в местах, близких человеку при жизни, наблюдает за родными и все слышит. А после душа предстает перед Божьим Судом, – Александр невольно стал вслушиваться в голос няни. – Согласно церковной точке зрения, в первый день смерти душа напугана, она еще не осознает гибели тела. Затем она начинает бродить по родным местам, вспоминать добрые моменты из жизни, находиться среди родных ей людей и наблюдать за ними.

— А как же яркий свет в конце коридора? Лестница на небо? – раздается голос Эрика. – Разве наша мама не достойна того, чтобы улететь в Рай?

— Это не нам с вами судить, солнышки, – Мария наверняка сейчас погладила детей по головкам, – сразу после смерти все души возносятся на небо. Потом душа опускается в Ад, чтобы увидеть, что может ожидать ее после Божьего Суда.

— Маму будут судить? – звучит испуганный голос Янины.

— Да, моя девочка. Всем нам суждено предстать на том Суде. И все мы, живущие ныне, можем помочь вашей маме.

— Как?

— Вспоминать и говорить о ней только хорошее. Ей сейчас тяжело, я уверена в этом. Ближе вас у нее не было никого. Не рвите ей душу, не укоряйте ее ни в чем сейчас. Лучше скажите ей о том, как любите ее, и пообещайте, что вырастете теми, кем она хотела вас видеть.

— Маме сейчас больно? – голосок Янины звенит натянутой струной.

— Нет, моя девочка, сейчас ей уже не больно.

Слова Марии заглушил звонок в дверь.

— Это кому ж не спится в такую рань? – тут же раздается недовольный голос Марии, удаляющийся в сторону входной двери.

— Вот и мне это интересно, – Алекс буркнул, поддержав недовольство Марии, и невероятным усилием воли заставил себя сесть в кровати.

А уже через минуту раздался сначала стук в дверь его спальни, хоть и была она не закрыта плотно, но Мария все равно постучала.

— Не сплю уже! – ответил он на стук няни