Книга Научи меня верить, страница 69 – Елена Архипова

Врач завел Алекса в палату и тут же вышел со словами:

— Не буду вам мешать.

Алекс благодарно кивнул врачу, дождался, когда за ним закроется дверь, и шагнул к кровати той, что последние несколько лет была ему близка. Сначала как женщина и его директор, потом уже как подруга.

Врут все, когда говорят, что не может быть дружбы между мужчиной и женщиной. Между ними же была. Хотя, если уж быть объективным, то они с Ядвигой были не только друзьями, но и бывшими любовниками.

Да твою ж в душу! Что за ерунда ему сейчас лезет в башку?

Ядвига лежала на спине, ее руки лежали поверх простыни, вдоль тела. Тонкие кисти, аккуратный маникюр с короткими ногтями на тонких изящных пальцах. Она сделала его как раз перед этой своей поездкой. Он это точно знает, потому что звонил ей, а она ответила, что на маникюре, и пообещала перезвонить уже по дороге.

И ведь сдержала свое обещание, перезвонила. Яся всегда сдерживала свои обещания. Всегда и все… Кроме этого.

Красивые пальцы, красивые кисти. Изящные.

Ядвига, помнится, говорила ему, что ей с ее руками даже предлагали работу моделью. Модели с такими красивыми руками, как у нее, очень востребованы. Есть ведь реклама не только одежды, но и колец, часов, браслетов, перчаток, того же маникюра, наконец.

Да какого лешего ему дался этот маникюр!

Мертвых он никогда не боялся, а сейчас тем более. Сейчас ему было важно взять ее за руку. Надо же, еще теплая.

— Как же так, Ясь? – спросил с укором и вслух, не боясь показаться дураком в глазах медсестер и врача. Уверен, они и не такое видели и слышали, работая здесь.

— Я ведь видел, что врачи боролись за твою жизнь, Ясь, видел. Вот только не надо мне сейчас говорить, что твои травмы были несовместимы с жизнью. И не с такими переломами выживали и выживают. Подумаешь, передвигалась бы на инвалидном кресле, но зато жила бы! Черт, Яся, за что ты так со мной? Ладно я, ведь и не в таком дерьме побывал, но Янина и Эрик? Почему ты решила, что им со мной будет лучше, чем с родной матерью, пусть и передвигающейся в инвалидном кресле, а? Молчишь? Правильно, лучше молчи, Ясь! – Алекс хмыкнул.

— Я уверен, что ты еще здесь и слышишь меня. Ты опять все решила за нас двоих. Яська, настырная ты женщина. Ты всегда добивалась того, чего хотела. Всегда. Даже меня смогла убедить когда-то. До сих пор удивляюсь, как ты это сделала, веришь? – он помолчал, вспоминая тот визит Ядвиги в свою квартиру сразу после того, как его выпустили.

— Я обещал тебе это тогда, когда ты в первый раз завела со мной этот разговор, повторю это и сейчас: я дам твоим детям все, что смогу. Они получат лучшее образование и преданного если не отца, так друга. Я порву любого, кто только подумает обидеть их. В этом я тебе клянусь. Иди с миром, подруга. Надеюсь, свидимся с тобой на том свете. Уверен, ты понимаешь, что теперь не так быстро. Мне, в отличие от тебя, не на кого оставить детей. И, Яся, знай, я все равно докопаюсь до правды. Если это твой упырь Свищ виноват в аварии, то из тюрьмы он никогда не выйдет. Это я тебе тоже обещаю!

Александр появился на работе уже после похорон Ядвиги. Появился спустя лишь три недели.

Кто мог знать, что самым трудным этапом окажутся даже не сами похороны Ядвиги, а вызволение детей из плена органов опеки. То, что Агнесса отпустила тогда с ним детей – это было удивительно. Особенно на фоне того, что они потом устроили, заявившись в его дом на следующий день после похорон Ядвиги.