Книга Я тебя спасу, страница 13 – Инна Инфинити

— Мы предоставляем ночлег и трехразовое питание.

— И все?

— А что еще нужно?

— Я не знаю, просто спрашиваю.

— У нас только питание и ночлег. Есть душ. Подъем в семь утра, завтрак. После этого все должны покинуть здание. Обед с половины первого и до трех. После трех так же нужно уйти. Ужин в семь часов. После него можно принять душ и переночевать.

— А куда должен уходить человек после завтрака и обеда?

— Не знаю, куда хочет. Но у нас находиться нельзя. У нас только питание, ночлег и душ перед сном.

— А лежачие тоже должны уходить?

— Нет, для лежачих у нас специальный интернат. Там за ними постоянное наблюдение.

— Ясно..

— Скажите мне ее ФИО, я запишу.

— ФИО нет. И вообще никакой информации и никаких документов у человека нет.

— Тогда примерные параметры назовите, чтобы мы могли идентифицировать ее, когда приедет к нам.

— Девушка, на вид двадцать два года, длинные темно-русые волосы и голубые глаза.

— Хорошо, я записала. Когда нам ее ждать?

Задумываюсь.

— У нее послезавтра выписка.

— Хорошо, ждём послезавтра.

— Спасибо, всего доброго.

— Всего доброго.

Кладу трубку и устало откидываюсь на кресле. Я хотел потянуть с выпиской малолетки, но начальство поторапливает меня. Главный страх — вдруг ее попытаются убить в нашей больнице. Нужно поскорее избавиться от такой сложной пациентки, чтобы, не дай Бог, чего не вышло. Проблем ведь потом не оберемся.

И, конечно, такой риск есть. Кто-то совершил профессиональное покушение на убийство, но, волею судьбы, оно провалилось. Будет ли организатор пытаться убить малолетку еще раз? Не исключено.

Ну и как выпустить ее из больницы? Вопрос без ответа.

И я все-таки считаю необходимым сделать малолетке МРТ головы. Раз внутренняя бюрократия не позволяет, то иду напрямую к нашему МРТшнику. Мы с ним учились в одном меде. Не то что бы мы большие друзья, но во время студенчества несколько раз вместе бухали. Ну и так у нас в целом приятельские отношения.

— Николай Саныч, привет, — захожу к нему в кабинет МРТ.

Через стекло вижу, что как раз на обследовании лежит человек.

— О, здорова, Евгений Борисыч. Как жизнь? Сто лет не виделись.

Коля жмёт мне руку, а сам смотрит на свои мониторы.

— Слушай, — беру свободный стул и сажусь рядом, — у меня к тебе просьба.

— Какая? — все так же не отрываясь от мониторов.

Тут ходит медсестра, еще какой-то сотрудник. Они, конечно, стесняют меня. Когда выходят за дверь, быстро начинаю:

— У меня сейчас очень проблемная пациентка. Может, ты слышал, неделю назад девушку с огнестрелами к нам привезли?

— Да, слышал.

— У нее амнезия.

— Сочувствую.

— Надо сделать ей МРТ головы.

— Ну пускай невролог назначит, сделаю. Только очередь сильно большая. У нас сломался один аппарат МРТ, плюс у меня коллега сейчас в отпуске. Я тут зашиваюсь. Но назначат — сделаю.

Коля придвигается ближе к экрану и прищуривает глаза.

— Так в том-то и проблема, что назначать не хотят.

Поворачивает на меня голову с удивлением.

— А как же я сделаю без назначения врача?

Вздыхаю. Почему все так сложно?

— Коль, у меня к тебе огромная просьба, — понижаю голос почти до шепота. — Пожалуйста, сделай ей МРТ. Это реально важно. На нее совершили покушение на убийство, три огнестрельных ранения, одна пуля задела легкое. На операционном столе у нее остановилось сердце. Пятьдесят семь секунд клинической смерти. Очнулась — ничего не помнит. Даже имени своего. Ей правда очень нужно сделать МРТ. Я прошу тебя, помоги.