Книга Короткими шагами, страница 62 – Яната Таян

Полина

— Кира-а-а, привет! — сдерживаюсь, чтобы не кричать на весь коридор. — У меня новости. Хорошие.

— Ну-ка, рассказывай, а то я уже соскучилась по хорошим новостям, — голос Киры звучит бодро, но где-то в глубине я чувствую ее усталость. Она все еще за границей. Надеюсь, скоро вернется. Не спрашиваю, когда. Боюсь, что скажет «через месяц».

— Власов сказал, что ту дорогущую операцию мне спонсирует какой-то фонд… «Дорогой город» или «Город дорогой» — не помню, как точно называется. Саму операцию и все необходимое. Представляешь?

Пауза слишком длинная для Киры.

— Ого… Это же здорово, Поля! Отличные новости! Да?

Я немного настораживаюсь.

Кира обычно радуется за меня искренне и громко. Сейчас тишина.

— Думаешь, здесь что-то не так? — выдавливаю я.

— Нет, что ты! Просто… фонды, они такие непредсказуемые. Главное, что тебе повезло и они помогут. Я рада. Честно, — голос сбивается, а Кира та еще тараторка.

Она делает вид, что рада. Ну то есть рада, конечно, но и что-то еще. Не могу понять, что именно. Может, она не верит в чудеса, а я уже почти поверила.

Да я сама удивляюсь этому фонду. Деньги огромные, но мне сейчас все равно.

Или не все равно?

Уже не знаю, хочу ли эту операцию. Сейчас я хожу, пусть хромаю и медленно, но хожу. А если врачи что-то сделают не так? Если станет хуже? Или вообще останусь без ноги? Всякое же может случиться. Тогда я буду обузой. Ян исчезнет, а Кире придется возиться с инвалидом. Я не хочу, чтобы Кира меня ненавидела.

Нет, этого не может быть, все пройдет по плану. Власов говорил, что вероятность осложнений минимальная. Но кто-то же попадает в эту вероятность. Вдруг это я?

Может, лучше отказаться? Сказать фонду «спасибо, не надо». Жить, как жила. Хромать, но ходить.

Змея сомнений опять залезла мне в голову со своим негативом.

Прочь!

Фонд одобрил — это добрый знак.

А у меня просто страх размером с эту больницу. Наверное, так выглядит настоящая трусость.

Я боюсь не боли, а пустоты, которая будет, если меня не станет. Потому что никто не заметит, что я пропала, кроме Киры. А Кира далеко. Ян найдет другую. Рыжую, красивую, с целыми, длинными ногами. И все забудут. А я останусь где-то в статистике неудачных операций, той мизерной вероятностью.

Не хочу быть неудачей. Хочу жить.

Не буду больше ни о чем думать.

Врачи сказали, что операция Валентины прошла «блестяще».

Ее быстро привозят из операционной. Выглядит уставшей, но на лице легкая улыбка.

Николай вылетает из-за спины санитарок, как пробка из бутылки. Хватает ее за руку, гладит по голове, суетится, мешает персоналу переложить ее на кровать. Санитарки зыркают, но молчат. Он заплатил за люкс-палату, чтобы Валентина была в тишине, а сам носится как ураган. Мешает всем, лезет с расспросами, перебивает врачей. Будто она у него не простую операцию на колене перенесла, а сложнейшую полостную.

Я смотрю на них и чувствую… не зависть. Нет. Злость. Этот тревожный мужчина не дает никому покоя из-за пустяка. А меня никто не встретит вот так из операционной. И если у меня начнутся осложнения, некому будет скандалить с медперсоналом. Я просто сдохну где-нибудь в коридоре, и санитарка накроет меня простыней, чтобы не мешала проходу.

— Не уходи, — шепчет, когда я собираюсь выйти и оставить ее с мужем наедине. — Пожалуйста, побудь рядом.