Книга Короткими шагами, страница 60 – Яната Таян

Хорошо, ему наверх нельзя. Еще надумал бы меня с лестницы сбросить. Тогда мне точно не видать прямохождения.

Надо придумать более безобидную игру.

Если что-нибудь разобьется, да еще памятное, то как я буду возмещать ущерб? Полы если только драить, а здесь такие площади, что всю жизнь в рабстве можно провести.

Не-е-т, спасибо, я в такие игры не играю.

Лучше в комнате, которую мне выделили, сказку почитаю от греха подальше.

Валентина

В больнице оказываемся вовремя. Ничего не пропустили.

Утро в отделении всегда одинаковое: термометры, анализы, таблетки, «аромат» больничной каши, обход Власова.

Мои руки трясутся — завтра операция. Но теперь я боюсь не за себя.

Власов хмурится, глядя сначала в планшет, потом на Полину. Его голос звучит сухо и недовольно.

— Гемоглобин ниже нормы, дефицит массы. Полина, в таком состоянии аппарат Илизарова — это огромный риск. Кость не выдержит, начнется воспаление или, еще хуже, кровотечение.

Она сжимается, становится еще меньше на этой огромной больничной кровати. Совсем одна. Бедная девочка.

— Есть альтернатива? — не выдерживаю я.

Власов быстро переводит взгляд на меня.

— Есть, Валентина Викторовна, — делает уверенный шаг ко мне. — Внутренний штифт, современные пластины. Это безопаснее и эффективнее. Но дорого… Очень дорого. В квоту не входит.

Власов смотрит на меня пристально, не моргая. Я понимаю, о чем кричит этот взгляд.

Потом разворачивается к Полине.

— Полина, — голос становится строгим. — Набирай вес и поднимай гемоглобин. Иначе операцию отменю. Высокобелковая диета, витамины. К понедельнику показатели надо подтянуть.

Она молчит. Смотрит в стену.

Власов подходит ко мне.

— У вас, Валентина Викторовна, все в порядке. Анализы в норме, — выключает планшет.

Перекатывается с ноги на ногу и трет переносицу.

— Настраиваемся на позитив! — пытается сказать бодро, но выходит с запинками.

— Завтра операция, наркоз эпидуральный. Позже подойдет анестезиолог, — говорит уже уверенно.

Выходит.

В палате тишина.

Полина продолжает смотреть в стену, плечи начинают дрожать.

— Поля, — говорю тихо. — Давай мы оплатим операцию. Николай все устроит. Тебе не нужно мучиться с этим аппаратом.

Поворачивается ко мне, взгляд замораживает. В нем нет принятия и одобрения — только ледяная гордость.

— Нет, — отрезает она. — Спасибо. Я не возьму деньги. Очень большая сумма. Не нужно этого. Я сама справлюсь.

Встает и выходит, хромая сильнее обычного.

Я сижу. В груди — пустота.

Вечером приходит Николай. Он бесцельно топчется по палате. Вижу, что переживает за меня.

Я хватаю его за рукав.

— Коля, нужна помощь. Полине требуется операция. Дорогая. Я предложила оплатить, но она и слышать не хочет. Девочка мне как родная. Ты понимаешь? Я смотрю на нее и чувствую… Мы должны ей помочь.

Голос ломается. Я зажимаю рот ладонью, чтобы не разреветься.

— Пожалуйста, поговори с ней, с Власовым. Убеди. Это жизненно важно! — срываюсь на последнем слове, слезы уже текут по щекам. Я не могу их остановить.

Николай садится на край кровати. На лице привычная невозмутимость, но глаза… в них прячется беспокойство.

— Валя, послушай, — он берет мои руки. — Ты сейчас на эмоциях перед операцией. Девочка сирота, я понимаю. Но всем не поможешь.

— А мы не будем помогать всем, мы поможем Полине. Представь, что нашей Алине тоже нужна помощь и рядом никого, — смотрю ему в глаза и пытаюсь разглядеть хоть чуточку согласия.