Книга Няня для сурового папы, страница 27 – Полина Довлатова

— Чтобы вы опять открывали дверь кому попало? — кидает на меня быстрый взгляд. — Нет, уж, дорогая моя. Мне вчерашних приключений на год вперёд хватит. Чёрт… — чертыхается, вытаскивая из кармана спортивок вибрирующий мобильный. — Посидите две минуты в прихожей, я сейчас.

Сняв вызов, Бородач Миша Бурый рывком распахивает входную дверь и выходит на крыльцо.

— Хоть бы куртку надел, — удивлённо вскидываю брови, кидая на него взгляд через окно.

На улице холод собачий, а он как ни в чём ни бывало в одной футболке стоит. Тогда как лично мне даже в прихожей зябко. Хорошо, что хоть хозяин дома щедро выделил мне свои шерстяные носки.

— Папа закалённый. Он каждое утро бегает вместе с Сеней и Стёпой, — за спиной раздаётся всё ещё ворчливый голос Василисы.

— А это кто такие, ваши соседи? — сев на корточки, помогаю Тасе натянуть ботиночки.

Сеня и Стёпа. Судя по именам, забулдыги какие-то местные…

— Нет, это наши собаки, — кивает на двух псов, сидящих у двери с высунутыми языками. — А ещё папа в прорубь ныряет каждую зиму. Да и вообще рано купаться начинает. Ещё когда вода холодная.

— Потому сто папа самый сильный и класивый, — Тася растягивает рот в довольной улыбке, когда я завязываю шапку ей под подбородком.

— Ты опять всё перепутала! Он сильный и красивый, потому что занимается спортом и закаляется, а не наоборот.

Ну понятно всё в общем. Бородач один из этих ненормальных, помешанных на здоровом образе жизни…

Теперь ясно почему он девочкам эту кашу на завтрак так настойчиво пихает. Бедные дети. Надеюсь, хоть в прорубь он их окунаться не заставляет…

— Девочки, ну что, вы готовы? — распахивает дверь, когда я надеваю Тасе вторую варежку.

С улицы веет ледяным воздухом и мои голые ноги тут же покрываются мурашками. А вот по Мише Бурому вообще не скажешь, что он только что минут пять простоял на морозе. Разве что нос немного покраснел. И щёки… наверно. Там под бородой особо не видно.

— Всё, поехали тогда, — всё-таки натягивает на себя висящую на крючке куртку. Одним движением сгребает Тасю в охапку и подхватывает на руки, словно она вообще ничего не весит, после чего оборачивается ко мне. — Я вернусь минут через пятнадцать. Надеюсь за это время от моего дома не останутся одни обломки?

— Ну что вы, Михаил Потапович. Максимум пепелище. И это я так шучу, если что.

— Да какие уж тут шутки. И я не Потапович, а Валерьевич. Ещё раз исковеркаешь моё отчество, дам по заднице.

— Тогда и я не Батьковна, а Алексеевна. Ещё раз исковеркаете…

— И ты дашь мне по заднице?

— Ни в коем случае. Не хватало ещё об ваш орех руку сломать, — тут же краснею как варёная свёкла, осознав, что только что ляпнула.

Боже, Стрельникова, что ты несёшь… Идиотка…

И судя по выражению лица Бородача Миши Бурого, он сейчас думает примерно о том же.

— Хм… ну ладно… В общем, постарайся всё же продержаться эти пятнадцать минут и не оставить посёлок ещё и без отопления. Я отвезу детей к соседке и вернусь за тобой.

Дожидаюсь, когда за семейством Бурых закроется дверь и возвращаюсь обратно в дом. Сразу направляюсь к кухонной раковине и перемываю всю грязную посуду, оставшуюся после завтрака.

Ну хоть какой-то толк от меня должен же всё-таки быть в этом доме. Да и тот факт, что Бородач явно считает меня какой-то криворукой косячной неумехой, честно говоря, до трясучки раздражает.