Книга Няня для сурового папы, страница 24 – Полина Довлатова

— Ой, вот только не строй из себя умную и предусмотрительную. Поздно, Маша. Первое впечатление безвозвратно испорчено.

— Очень смешно.

— А я и не смеюсь. Бурый моя фамилия.

— Как?!

— А у тебя что, ещё и со слухом проблемы?

— Вы хотите сказать, что вас зовут Миша Бурый?

— Хочу и говорю. Всё, спокойной ночи. И свечку я, пожалуй, всё-таки сам погашу. Не хочу завтра на том свете проснуться с подгоревшей задницей.

И действительно тушит свечку двумя пальцами, после чего выходит из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.

Глава 6

Какая крутая горка. Даже не представляю как с неё скатываться. Такое ощущение, что ты упадёшь прямо в пропасть.

— Не бойся, трусишка. Поедем вместе. Я сяду на ватрушку, а ты у меня между ног.

Оборачиваюсь на Макса Новикова, который смотрит на меня с ободряющей улыбкой.

— Вместе? А мы… влезем?

— Конечно. Я буду тебя держать, не волнуйся. Будет весело.

Макс садится на ватрушку, и выжидающе на меня смотрит.

Несмело устраиваюсь у него между ног, и, когда чувствую, как руки Макс обхватывают меня за талию, сердце пускается в пляс.

Он ёрзает, отталкивается и мы катимся. Снег летит в лицо, но я его даже не ощущаю. Единственное, о чём могу думать — это Макс, прижимающийся к моей спине.

А потом… ватрушка переворачивается и мы падаем в огромный сугроб. Макс лежит на мне сверху, наши лица в миллиметре друг от друга.

Странно… я даже не чувствую холода…

Все мысли только о Максе. Никогда бы не могла представить, что моё сердце может стучать так быстро. Как будто сейчас выскочит из грудной клетки.

Он поднимает руку и проходится кончиками пальцев по моей щеке, а потом… лицо Макса неожиданно расплывается. И словно в каком-то киношном спецэффекте трансформируется в… бородатое лицо Миши Бурого.

Какого…

Хочу что-то сказать, но в этот же момент он вдруг берёт и… давит мне на нос. А потом ещё раз, уже сильнее. А на третий раз вообще ощутимо так прижимает, делая из моего бедного носа свиной пятачок.

— Тася, прекрати! Я всё папе расскажу!

— Папа сказал, её лазбудить.

— Ну и буди нормально. Надо взять и потрясти.

В сознание не пойми откуда прорываются отдалённо знакомые голоса, а в следующую секунду я чувствую, как чья-то маленькая ручка касается моего плеча и встряхивает. Надо сказать, весьма ощутимо. От чего я тут же открываю глаза и вижу две пары огромных глаз, смотрящих на меня в упор.

— Ты спис с отклытым лтом. А папа говолит, если спать с отклытым лтом, то залетит муха. Ты за ночь много мух съела?

Рассеянно хлопаю глазами, пока взгляд наконец не фокусируется на двух малышках, которые вчера открыли мне дверь. И только тогда мой мозг запоздало воспроизводит все события предыдущей ночи.

Коттедж.

Машина.

Лес.

Маньяк Миша Бурый.

— Эм… а сколько времени? — приподнявшись на локтях, кидаю взгляд в окно.

Судя по тому, что на улице во всю светит солнце, уже не рано. И снег, слава богу, перестал сыпать. Правда за ночь его навалило не мало.

— Я не жнаю. Я не умею есё по часа смотлеть.

— Почти десять, — отзывается та малышка, что постарше. Если мне не изменяет память, её зовут Вася. Ну и имя для девочки…

А младшую, как я поняла, Тася.

Тася-Вася. Ну… зато запоминать не сложно…

— Папа сказал тебя на завтрак разбудить.

Завтрак это отлично! При мыслях о еде живот тут же скручивает от голода. Я ведь последний раз ела ещё вчера днём. В том кафе, где мы с девочками обсуждали поездку в коттедж. А дома ужинать не стала.