Книга Я вернулся за тобой, страница 49 – Полина Довлатова

Солнце тут же слепит глаза, и я с непривычки щурюсь. До тех пор, пока зрачки не привыкают к яркому свету и мой взгляд не прилипает к мужской спине, раскачивающейся вверх и вниз.

Романов подтягивается на турнике. Его ладони жёсткой хваткой сцеплены на перекладине. Я смотрю на то, как перекатываются мышцы на его плечах, когда Илья подтягивается вверх и медленно опускается вниз.

У меня на руках появляются мурашки и маленькие волоски встают дыбом. А внизу живота становится горячо, как будто туда плеснули кипятком.

Я никогда прежде не видела голого мужчину... Даже по пояс... Одноклассники на пляже не в счёт, потому что тело подростка абсолютно точно не имеет ничего общего с телом взрослого мужчины.

Теперь я могу заявлять об этом с полной уверенностью. Мой взгляд прилип к раскачанной спине Романова, как жвачка и никак не хочет отлипать.

Это как гипноз. Я вожу глазами по выпирающим лопаткам и перекатывающимся мышцам словно в трансе. И почему-то начинаю дышать чаще.

“Аленёнок, у тебя когда-нибудь был парень?”

У меня никогда не было парня. Никогда. Я даже никогда не целовалась...

Сейчас я думаю о том моменте, когда Илья меня об этом спрашивал. Представляю его настолько ярко, что кажется даже снова чувствую вкус мятной жвачки, как это было в тот момент, когда его дыхание касалось моих губ.

Интересно, а что бы я почувствовала, если бы Илья меня поцеловал?

— Перегрелась, Аленёнок? — моментально выхожу из оцепенения, когда Романов вдруг перестаёт подтягиваться.

Оторвавшись от турника, мужчина спрыгивает вниз и разворачивается в мою сторону.

— Чт-то? В смысле?

— Ну, ты уже минут десять на меня пялишься? Я подумал, может у тебя ступор от солнечного удара случился.

— Я не пялилась, — густо краснею. — Просто не хотела тебе мешать. Ты же тренируешься...

Мои щёки горят как два факела. Откуда он вообще узнал, что я тут стою? И тем более, что я пялюсь. У него что глаза на ж... на спине?

Романов наклоняется вниз и подхватывает с земли бутылку с водой. Откручивает крышку и делает несколько жадных глотков воды.

Его кадык дёргается вверх-вниз, а по горлу скатывается несколько капель.

— Тебе бы тоже не помешало.

— Что? — резко поднимаю глаза выше.

— Физуху подтянуть.

— Я таким не увлекаюсь...

Подперев плечом косяк слежу за тем, как Илья закидывает на плечо футболку. Его армейские штаны немного сползли вниз и держатся на бёдрах.

Мой взгляд непроизвольно скользит по прошитому мышцами животу. От пупка вниз идёт дорожка из волос и теряется за краем брюк.

Непроизвольно сжимаю ноги, когда думаю о том, что этот мужчина провёл ночь в моей постели. Вот такой. Голый, с мышцами и с волосками на груди и животе.

— А зря. Пару дней назад тебя те двое во дворе в секунду заломали и в фургон засунули, — убрав бутылку с водой в карман, Романов взбегает по ступенькам на крыльцо и останавливается в миллиметре от меня. — Тебе нужно учиться защищаться, Аленёнок. Для таких как ты это особенно необходимый навык.

Лёгкие тут же заполняет запах пота, смешанный с мятным запахом зубной пасты.

Я опускаю глаза и смотрю на то, как капельки влаги стекают по развитой грудной клетке. И ловлю себя на мысли, что потный Романов не вызывает у меня отвращения или брезгливости.

В отличие от тех мужчин, воспоминания о которых врезаются в мой мозг моментально, как только Илья о них упоминает. От мыслей о том, как рука одного из похитителей скользила по моей ноге до самой резинки нижнего белья, меня передёргивает.