Книга Я вернулся за тобой, страница 44 – Полина Довлатова

— Но разве я хоть пальцем коснулся тебя за всё это время? Повторю, сейчас не считается.

— Нет, — отвечаю тихо. — Не касался...

— Не касался, — утвердительно кивает.

Поглаживает кожу у меня под бельём, медленно ведя сверху вниз. Вздрагиваю, когда подушечка большого пальца останавливается рядом с половыми губами.

Низ живота очень сильно тянет. Как будто там внутри большой горячий шар. Хочется сжать колени, чтобы стало легче, но между моих бёдер сидит Илья.

Сердце барабанит на разрыв, а голова кружится из-за жара, волнения и непонятных ощущений.

И я чувствую, что дыхание мужчины тоже становится учащённее.

Его рука всё ещё под моим бельём. Но Романов застыл и не двигается. И я тоже не шевелюсь, продолжая впиваться ногтями в мужские плечи.

Между ног пульсирует, и я боюсь, что Илья это почувствует.

Боже, я даже боюсь представить, что он тогда может обо мне подумать...

Прикусываю губу и пытаюсь дышать медленно, чтобы не выдать дрожь.

Мне страшно, потому что я не знаю, что будет дальше. Ведь в действительности мужчина прав. Он способен сделать со мной всё что угодно. И я не смогу ему сопротивляться. У меня на это банально сил не хватит...

Вдруг неожиданно давление на лобке исчезает. Романов вытаскивает руку из под моего белья и резко поднимается на ноги.

— В общем ты поняла, — хмуро на меня смотрит. — Если бы я хотел что-то с тобой сделать, то уже бы сделал. Хоть вчера, хоть сейчас. Я, может, и гондон в твоих глазах, но беззащитных соплюх типо тебя не насилую.

— Ты куда? — спрашиваю, когда он в два шага подходит к двери.

Запоздало прикрываю грудь. Хотя, наверно, в этом уже нет никакой необходимости. Боже, ведь этот мужчина видел меня голой уже не один раз за такой короткий срок.

— В предбаннике подожду пока ты помоешься. Ты же передо мной навряд ли трусы снимать будешь, — распахивает дверь и выходит из парилки, оставив меня одну.

* * *

— Зашибись просто! Время одиннадцать, а жрать у нас нечего!

Через пол часа мы уже сидим на кухне. Я вытираю волосы полотенцем, наблюдая за тем, как Романов с раздражением распихивает оставленные продукты в холодильник.

После бани все мышцы в теле расслаблены до предела. И спать хочется просто невыносимо.

Зато я, наконец, согрелась и в горле больше не першит.

Илья тоже ходил мыться после меня. Поэтому его кожа сейчас красная. Я невольно пробегаюсь взглядом по его предплечьям, когда мужчина упирается обеими ладонями в столешницу.

У него грубые руки. В смысле, они так выглядят. И ощущаются тоже...

Когда он гладил меня под бельём, я чувствовала шершавость на подушечках его пальцев...

— Аленёнок, ты меня слышишь вообще?

— А? — резко поднимаю глаза выше и спотыкаюсь об хмурый взгляд Романова.

— Я говорю, яичницу ты хотя бы сможешь пожарить?

— Могу...

— Только нормальную. С колбасой, помидорами, луком.

— Хорошо.

— Отлично. Готовь пока, я приду скоро.

Комкает в руках пакет из под продуктов, забрасывает его в выдвижной ящик слева от раковины и выходит из кухни.

— Имей ввиду, я буду здесь неподалёку, — выкрикивает уже из коридора. — Снова удрать не получится. А если попытаешься, поймаю и тогда точно сделаю с тобой всё, чего ты так боишься. Избавлю тебя, так сказать, от страхов.

— Идиот, — бурчу себе под нос вскакивая со стула.

Несмотря на то, что мне до сих пор жарко после бани, всё равно чувствую, как вспыхивают щёки.