Книга Новогодняя сказка для ведьмочки, страница 63 – Елена Казанцева

Я разворачиваюсь и ухожу спать в комнату к Ксении, она маленькая, если проснется в незнакомом месте, то может испугаться.

Утро наступает быстро, казалось, вот только на подушку голову пристроила, а уже первый луч солнца упал на твою подушку и щекочет нос.

Встаю, детки еще посапывают в подушку, для них вчера был очень трудный вечер, иду в душ, потом на кухню.

Сквозь окно гостиной вижу, как копошатся мужики возле моего крыльца. Надо же, что-то делают.

Ну, надо готовить завтрак. Заглядываю в холодильник, а там — мышь удавилась. Лежат несколько яиц, стоит молоко, прокисшее ещё неделю назад, да маленький скрюченный кусочек колбасы. Да, видимо, хозяин дома не готовит.

Приходится одеться и пойти к себе, у меня там припасов вагон и маленькая тележка.

Захожу на свое крыльцо и чуть в обморок не падаю.

Пол в нижнем этаже залит водой, которая возле входа уже в глыбы льда превратилась, он в нескольких местах вскрыт, между рядами сломанной плитки торчат куски труб теплого пола. Кругом грязь, натоптанная сапогами ремонтников.

— Прости хозяйка, — басит позади меня один из них, — не рассчитали, плохо дверь поставили, ночь холодная была, пол в коридоре промерз…

Мне от его извинений не легче, у меня разрушен дом, впереди праздничные дни, а мне даже жить негде.

Я прохожу на свою кухню, мне становится совсем плохо. На кухне еще хуже, остров сдвинули в сторону, разрушили покрытие, сломали кран у мойки. Тут словно Мамай воевал. Стою, чуть не плачу.

И вдруг в кухню входят две дамы совдеповского вида. Плотно застегнутые драповые пальто, на голове шапки — формовки времен моей бабушке, да и по виду не понятно, сколько им лет, что-то от сорока до семидесяти. Бесцветные казенные лица, губы брезгливо поджаты.

— Гражданка Романова Юлия Анатольевна? — ой, как мне знаком этот сухой казенный тон.

— Да, — лепечу я, всегда боялась больших начальников и чиновников.

— Мы из службы опеки и попечительства, где ваши дети, Юлия Анатольевна?

— У соседа, — лепечу я.

— Вы что, оставили детей с чужим человеком!

— Да, — только и могу произнести. — Так у меня здесь вот….

Я развожу руками, что показывать, тут и так все видно.

— Понятно, условий для проживания детей у вас нет, тааааааак, ну пошлите за детьми…

И я как зомби веду их к коттеджу Ярослава.

А тот открывает нам двери обнаженный по пояс, в одних тренировочных штанах, голова мокрая, видимо только что из душа вышел.

— Где дети? — набрасывается тетка на Ярослава, тот даже опешил, а тетки отталкивая его, прорываются внутрь.

Мои дети проснулись и спускаются по лестнице в зал.

— Мама, мы кушать хотим, — лепечет Ксюшка.

— Где тут у вас кухня? — и одна из теток топает в сторону кухни-столовой, слышно как хлопает дверка холодильника и на пороге вновь возникает тетка.

— Есть нечего, чем вы детей кормите? Значит, условий для содержания детей у вас нет, кормить вам их нечем! — выносит вердикт тетка. — Детей мы у вас забираем!

Глава 26 (от Ярослава)

Нет, что за соседка мне попалась? То ее собаки атакуют моего кота, то в больничку едем дружно после встречи с ней, то ОМОН к ней врывается. Нет, тут конечно Алёна виновата, но согласитесь, как то странно прозвучало «Вы труп, Ярослав, вот господин полицейский это может подтвердить»…

Мне после таких слов плохо стало, это какой же извращенный ум надо иметь, чтобы такое придумать. Так что я оторвался на полицейском, орал на него, как только мог, потом сорвался на тунеядцах ремонтниках. Мы отчисляем деньги, платим за содержание службы ремонта, а эти даже цемент замесить не знают как. С горем пополам объяснил этим охламонам, что надо сделать и как. И что?